Structure of relationships within the " strategic triangle” (US-China-Russia)
Table of contents
Share
Metrics
Structure of relationships within the " strategic triangle” (US-China-Russia)
Annotation
PII
S207054760011657-9-1
DOI
10.18254/S207054760011657-9
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Vladimir Batyuk 
Occupation: Head Of the center for military and political research
Affiliation:
Institute for the U.S. and Canadian Studies of the Russian Academy of Sciences
National Research University – Higher School of Economics
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Abstract

Even during the cold war, the strategic triangle of the USA-USSR-China was formed, where the most advantageous positions – at the top of the triangle – were occupied by the United States, which maintained better relations with the Soviet Union and the people's Republic of China than the latter – with each other. However, after the collapse of the bipolar world, the relations between the United States and Russia, on the one hand, and the United States and China, on the other, faced a number of serious problems, primarily of a military and political nature. At the same time, over the past 30 years, the confrontation between Moscow and Beijing has been replaced by a strategic partnership between the two giants – a partnership that is objectively anti-American in nature. These changes changed the nature of the" strategic triangle " of America-China-Russia in the 21st century. 

Keywords
Strategic triangle, economic cooperation, military conflict, regional problems
Received
05.08.2020
Date of publication
25.09.2020
Number of characters
47523
Number of purchasers
3
Views
78
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf

To download PDF you should sign in

1

Введение

 

«Стратегический треугольник» Америка – Китай – Россия стал геополитической реальностью именно в годы холодной войны, когда мир оказался расколот на военно-политические блоки во главе с двумя «сверхдержавами» (США и СССР). Провозглашение Китайской Народной Республики, «присоединение крупнейшей по численности населения страны в мире и (потенциально) одной из величайших мировых держав к социалистическому лагерю стало сокрушительным ударом по международным позициям Соединённых Штатов»1.

1. Батюк В.И. История международных отношений. Учебник для академического бакалавриата. – М.: Юрайт, 2016. с.345.
2 Советско-китайский союз, однако, просуществовал недолго: уже к концу 1950-х годов между китайским и советским руководством возник серьёзнейший конфликт по вопросу о лидерстве в международном рабочем и коммунистическом движении. Председатель Мао претендовал на руководящую роль в комдвижении, с чем не могли согласиться советские руководители. Между КПСС и КПК возникли и непримиримые идеологические противоречия: китайские товарищи воспринимали советскую политику мирного сосуществования как «каппутизм» и измену идеалам марксизма-ленинизма.
3

В конце 1960-х годов эти идеологические разногласия между двумя коммунистическими партиями вышли на уровень межгосударственного конфликта. Как автор упоминал ранее, «испытания атомного (1964), а вскоре – и термоядерного (1967) оружия в Китае вызвало серьёзную озабоченность в Москве, тем более что превращение КНР в ядерную державу сопровождалось обострением внутриполитической борьбы (в рамках так называемой «великой пролетарской культурной революции») и крайне агрессивными заявлениями и действиями китайских руководителей. Очень опасной поэтому была «военная тревога» на советско-китайской границе (август-сентябрь 1969 г.): серия пограничных инцидентов могла перерасти в глобальный конфликт с применением ядерного оружия (во всяком случае, в Москве на достаточно высоком уровне рассматривался в этот период вариант нанесения превентивного ядерного удара по китайской ядерной инфраструктуре)»2.

2. Батюк В.И. Американо-китайские отношения: возвращение холодной войны? США & Канада: экономика, политика, культура. 2019. №5. С.22-38. DOI: 10.31857/S032120680004909-3
4 Далеко не сразу официальный Вашингтон осознал, какие возможности открывает перед ним советско-китайский конфликт. Следует отметить в этой связи, что пресловутый маккартизм нанёс колоссальный ущерб именно американской китаистике, и в течение многих лет американские специалисты по Китаю боялись хотя бы на миллиметр отступить от официальных установок, в соответствии с которыми есть «правильный» Китай – Тайвань, и неправильный, материковый Китай, с которым невозможен какой-либо диалог, пока там не произойдёт «смена режима».
5 Новая американская политика в отношении КНР стала возможной только после того, как в конце 1960-х годов внешняя политика США оказалась в состоянии глубокого кризиса, столкнувшись одновременно с целым комплексом серьёзнейших проблем. Соединённые Штаты в это время утратили былое абсолютное стратегическое ядерное превосходство над СССР, завязли в войне во Вьетнаме, столкнулись с гораздо более независимым международным поведением их экономически окрепших союзников в Европе и на Дальнем Востоке.
6

Именно администрация Никсона – Киссинджера стала инициатором американо-китайской разрядки, стремясь при этом создать более благоприятные условия для американской политики на советском направлении. Как отметил в этой связи Г. Киссинджер, «администрация Никсона сумела создать для Советов серьёзный стимул вести себя умеренно за счёт драматического открытия Китая»3.

3. Kissinger H. Diplomacy. – New York: Simon and Schuster, 1994. P.719
7 Очевидно, что официальный Вашингтон стремился таким образом сформировать треугольник США – КНР – СССР, чтобы Соединённые Штаты заняли наиболее выгодные позиции в этом «треугольнике», поддерживая лучшие отношения с каждым из коммунистических гигантов, чем они – друг с другом. Дальнейший ход событий на международной арене продемонстрировал дальновидность решения официального Вашингтона о начале политики разрядки в американо-китайских отношениях. Именно это решение во многом помогло Америке одержать верх в холодной войне, нормализация политических и торгово-экономических связей с Соединёнными Штатами стала мощнейшим стимулом для подъёма народного хозяйства КНР.
8

Кроме того, улучшение американо-китайских отношений во многом помогло Пекину добиться реализации тех целей, которые китайское руководство поставило на рубеже 1970–1980-х годов как условие нормализации советско-китайских отношений (вывод советских войск из Монголии, сокращение советского военного присутствия на Дальнем Востоке, прекращение помощи Вьетнаму в оккупации Вьетнамом Камбоджи, вывод советских войск из Афганистана)4.

4. Балакин В., Сяоинь Л. КНР и СССР в 1960-е – 1980-е годы: от конфронтации к равноправному сотрудничеству. Вестрик ЮУрГУ. Серия «Социально-гуманитарные науки». 2016. Т. 16, № 1. С.13-14
9

Настоящая революция произошла и в американо-китайских торгово-экономических связях. Оборот взаимной торговли между Китаем и Америкой, который составлял ничтожные цифры в несколько миллиардов долларов ежегодно в 1970-е годы, достиг 660 млрд долл. в 2018 г.5 Таким образом, Вашингтон и Пекин смогли создать высокоэффективный экономический стабилизатор, позволяющий преодолевать неизбежные политические колебания во взаимоотношениях двух таких разных стран, как США и КНР.

5. U.S. International Trade in Goods and Services, December 2019. An official website of the United States government. Available at: >>> (accessed 17.03.2020).
10 Казалось бы, столь успешная американская политика выстраивания «стратегического треугольника», которая, как уже было сказано, стала одной из причин победы Соединённых Штатов в холодной войне, должна продолжаться и в постбиполярном мире, в условиях абсолютного и неоспоримого американского лидерства. Этого, однако, не произошло, и конфигурация «стратегического треугольника» после 1991 г. приобрела неожиданные и не всегда устраивающие Вашингтон параметры.
11

Российско-американские отношения: что пошло не так?

 

После окончания холодной войны российские правящие круги возлагали огромные надежды на трансформацию взаимоотношений между Москвой и Вашингтоном, на переход в этих отношениях от конфронтации к сотрудничеству и даже, может быть, к союзу. В первые годы существования новой, независимой России тогдашнее российское руководство придерживалось откровенно прозападного курса, рассматривая Запад как «естественного союзника» РФ и стремясь интегрироваться в евроатлантические структуры безопасности и экономического сотрудничества (достаточно вспомнить слова тогдашнего министра иностранных дел РФ А.В. Козырева о том, что вставшая на демократический путь Россия будет-де «естественным союзником» Запада в той же мере, в которой «тоталитарный» СССР был его противником6.

6. Кох А., Авен П. Андрей Козырев: настоящий камикадзе. Forbes. 28.09.2011. URL: >>> (accessed 12.03.2020).
12

Увы, очень скоро выяснилось, что в Вашингтоне склонны рассматривать постсоветскую Россию не столько как равноправного союзника, сколько как партнёра второго сорта, с чьим мнением считаться совершенно необязательно. И если в Москве воспринимали американское направление своей внешней политики как важнейшее, то в глазах американских правящих элит Россия после окончания холодной войны стремительно теряла своё центральное место в американской внешней политике. И это касалось всех пунктов российско-американской повестки дня: контроля над вооружениями, региональных конфликтов, экономического сотрудничества.

13

Хотя и после распада СССР Российская Федерация оставалась единственной в мире страной, способной стереть США с лица Земли термоядерным ударом, в американском истеблишменте тогда всё больше утверждались во мнении о том, что Москва не в состоянии остановить (тем более – повернуть вспять) упадок российских стратегических ядерных сил, и уже недалеко то время, когда Россия не сможет вести ядерную войну против объединённого Запада. Вот почему, как полагали на рубеже 1990–2000-х годов в американских кругах, в центре внимания Соединённых Штатов должна быть не деградирующая российская ядерная мощь, а возможность получения российских ядерных технологий странами вроде Ирана или Северной Кореи или даже международными террористами7.

7. Батюк В.И. «Новая российско-американская гонка ядерных вооружений». США & Канада: экономика, политика, культура. 2020, № 2. С.78-96. DOI: 10.31857/S268667300008242-6
14 В этих условиях заинтересованность официального Вашингтона в поддержании диалога с Москвой не могла не подвергнуться эрозии. Одновременно возникли серьёзные противоречия между США и РФ по региональным проблемам. Даже в непростые для российской стороны 1990-е годы наша страна сохраняла немалое влияние на целый ряд региональных конфликтов (постсоветское пространство, Большой Ближний Восток, Балканы, Корея), причём во многие из этих конфликтов Соединённые Штаты были вовлечены напрямую. И это обстоятельство, безусловно, создавало объективную заинтересованность в сотрудничестве с Россией в урегулировании этих конфликтов. Однако и в данной сфере двусторонних отношений американцы не рассматривали РФ как равноправного партнёра, навязывая русским своё мнение даже по тем международным проблемам, которые напрямую затрагивали национальную безопасность Москвы (включая продвижение Североатлантического альянса в восточном направлении или демонстративное игнорирование Совета Безопасности ООН при принятии решений о применении силы на Балканах, в Ираке, Сирии и Ливии).
15 Но, пожалуй, самым серьёзным негативным итогом развития российско-американских отношений в 1990-х годах было то обстоятельство, что сторонам так и не удалось выйти за рамки той повестки дня в двусторонних отношениях, которая сложилась ещё в период разрядки 1970-х годов и где ключевую роль играли проблемы разоружения и региональные конфликты, в то время как экономические связи и гуманитарные контакты между двумя «сверхдержавами» играли сугубо второстепенную роль. На протяжении 1990-х годов так и не сформировалась ситуация экономической взаимозависимости между США и РФ. Так, российские товаропроизводители уже в эти годы столкнулись с дискриминационными мерами на американском рынке. Американская сторона не проявила готовности открыть американские рынки перед российскими товаропроизводителями, прежде всего перед металлургами.
16

С ещё большими проблемами столкнулись российско-американские отношения на протяжении 2000-х годов, когда Российская Федерация предприняла попытку укрепить свои позиции на международной арене. Это было воспринято американскими правящими кругами как недопустимое проявление попыток Москвы пересмотреть итоги холодной войны. Слабость постбиполярной России воспринималась в Соединённых Штатах как естественное следствие победы Америки в холодной войне, и попытки РФ укрепить свои позиции в мире (в том числе и военные) в XXI веке воспринимаются западными элитами как недопустимый реваншизм, которому следует дать решительный отпор8. Значение диалога с Москвой по проблемам контроля над вооружениями, в том числе и ядерными, оставалось крайне низким в шкале приоритетов официального Вашингтона.

8. Вебер Ю., Крикович А. Измотать и пересидеть. Истоки американского поведения в отношении России. Россия в глобальной политике. 2016. №2. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
17

Эти американские подходы к России не изменились и в период так называемой «перезагрузки» при Обаме: в США продолжали рассматривать РФ как бывшую великую державу, находящуюся в состоянии перманентного упадка. Например, тогдашний вице-президент Дж. Байден заявил об «увядании» российской экономики («у них сужающаяся демографическая база, у них увядающая экономика, их банковский сектор и инфраструктура вряд ли выживут в ближайшие 15 лет»), и это вынудит-де российскую сторону пойти на уступки и по вопросам мировой политики9.

9. Biden J. Biden Says Weakened Russia Will Bend to U.S. Wall Street Journal. July 25, 2009. А1.
18

Некоторые представители академической элиты говорили даже о распаде РФ и уходе нашей страны с мировой политической арены10.

10. Злобин Н.В. Две стороны одной медали. Российская газета. 24 февраля 2010 г.
19

Постепенно российская элита начала осознавать, что нормальный двусторонний диалог в российско-американских отношениях становится просто невозможным. Как сказал министр иностранных дел РФ, «что касается российско-американских отношений, по сути дела, эта тема бездонная и можно говорить очень долго. Наверное, самое главное здесь заключается в том, что нынешняя Администрация США проводит тезис, который был присущ всем без исключения её предшественникам, а именно – Америка превыше всего, наиболее жёстко, если не сказать, агрессивно. Это такие очень простые прямые действия, которые с дипломатией уже мало чего общего имеют. Требования. Если партнёр отказывается, его начинают прижимать, подвергать ограничениям, санкциям, ультиматумам, угрожать. Я не думаю, что это перспективный метод ведения дел в мире, но такова философия и образ действия нынешней Администрации»11.

11. Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе встречи со студентами и профессорско-преподавательским составом МГИМО, Москва, 3 сентября 2018 года. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
20

Анализируя американские подходы к российско-американским отношениям, нельзя не отметить, что в американских кругах расставляют приоритеты в этих отношениях совсем не так, как это делают в Москве. Вот что говорится в «Стратегии национальной безопасности США» (была утверждена Д. Трампом в декабре 2017 г.): «Китай и Россия бросают вызов американской мощи, влиянию и интересам, стремясь нанести ущерб американской безопасности и процветанию12. Они полны решимости сделать экономику менее свободной и менее справедливой, увеличить численность своих вооружённых сил и контролировать информацию, чтобы проводить репрессии в отношении своих обществ и расширять своё влияние»13.

12. Цит. по: Батюк В. И. Американо-китайские отношения: возвращение холодной войны? США & Канада: экономика, политика, культура. 2019. № 5. C. 22-38. DOI: 10.31857/S032120680004909-3

13. National Security Strategy of the United States of America. December 2017.
21

А вот что говорится о России в Национальной оборонной стратегии США (утверждена министром обороны Дж. Мэттисом в феврале 2018 г.): «Центральным вызовом американскому процветанию и безопасности является восстановление долгосрочного стратегического соперничества [курсив источника. – В.Б.] со стороны тех, кого стратегия национальной безопасности классифицирует как ревизионистские державы. Становится всё более ясно, что Китай и Россия хотят изменить мир в соответствии со своей авторитарной моделью»14.

14. Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States.
22

Таким образом, по мнению нынешней американской администрации, причиной осложнений в российско-американских отношениях являются не какие-то недружественные, несоответствующие американским интересам, шаги России на международной арене, а САМО СУЩЕСТВОВАНИЕ «авторитарной» Российской Федерации (и Китая), которая, дескать, хочет, как было сказано в цитированной уже Национальной оборонной стратегии, «изменить мир в соответствии со своей авторитарной моделью».

23

В соответствии с данным подходом (который разделяется подавляющим большинством американской политико-академической элиты) на первый план выходят не ПОЛИТИЧЕСКИЕ, а ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ проблемы. Так, в опубликованном в январе 2018 г. влиятельным Советом по международным отношениям докладе «Сдерживание России. Как реагировать на вмешательство Москвы в американскую демократию и растущий геополитический вызов» говорится прежде всего об идеологической борьбе между Россией и Америкой как о главной причине обострения отношений между двумя нашими странами: «С каждой неделей растёт число доказательств того, что Россия вмешивалась в президентские выборы 2016 года, а также в политику и общество США в целом… Помимо попыток вмешательства в выборы, Россия продолжает усилия, чтобы сеять и усугублять раскол среди американцев… В течение 2017 года Москва продолжала финансировать и направлять усилия на разжигание расовой, религиозной и культурной неприязни в обществе, настраивая американцев друг против друга и многих их политиков… посягательства на американское чувство национального единства могут существенно ослабить основополагающие институты и общие убеждения, которые составляют суть Соединённых Штатов и имеют решающее значение для их прочного успеха. Угрозы нарастания внутренней розни и ослабления доверия к национальным институтам столь же велики, как и любая традиционная угроза национальной безопасности, за исключением нападения с применением ядерного оружия, с которой сегодня сталкиваются Соединённые Штаты»15.

15. Blackwill R., and Gordon P. Containing Russia How to Respond to Moscow’s Intervention in U.S. Democracy and Growing Geopolitical Challenge. – Council on Foreign Relations. Council Special Report No. 80. January 2018. P.3-4.
24

В этих условиях в силу целого комплекса внутриполитических и идеологических причин Вашингтон не готов к нормальному диалогу с российской стороной. Как полагает профессор Т.А. Шаклеина, американские представления о постбиполярном миропорядке совершенно неприемлемы для России (и, кстати, других центров силы в современном мире): «Ошибка, которую допустили США, состоит в том, что они превратили свою идеологию уникальной американской глобальной миссии в движущую силу в отношениях с остальным миром и с Россией. Американское вúдение миропорядка неприемлемо для России. Россия с самого начала отвергала гуманитарные военные интервенции, нарушающие суверенитет независимых государств, возвращение к наращиванию вооружений и расширению их военного блока – НАТО»16.

16. Russia and the United States in the evolving world order: [monograph]: [на англ. яз.] / [Anatoly Torkunov, Norma C. Noonan, Tatiana Shakleina and others]; edited by Anatoly Torkunov, Norma C. Noonan, Tatiana Shakleina; Moscow State Institute of International Relations (University). – Moscow: MGIMO University, 2018. P.50.
25

Американо-китайские отношения после окончания Холодной войны: от  «Химерики» к возможной американо-китайской войне

 

Как уже было сказано, политика сближения с КНР принесла официальному Вашингтону ощутимые экономические и политические выгоды в годы холодной войны. Казалось, и в постбиполярном мире эта политика продолжится.

26 За последние годы, однако, между Соединёнными Штатами Америки и Китайской Народной Республикой наметился рост серьёзных противоречий и в военно-политической, и в экономической сфере. В американских политических кругах заговорили о новой «холодной» (и даже, возможно, «горячей») войне между двумя странами. В чём причина этого обострения?
27

Как отмечалось в утверждённой президентом Б. Обамой в мае 2010 г. Стратегии национальной безопасности США, американская сторона намерена и впредь укреплять отношения со своими традиционными союзниками и партнёрами в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но при этом Вашингтон будет развивать диалог и с динамично развивающимися экономиками АТР, а также с региональными организациями и структурами. При этом в документе декларировалась и готовность поддерживать взаимоотношения с Китайской Народной Республикой, и прежде всего в таких сферах, как экономика, экология и нераспространение. При этом, однако, отмечалась озабоченность американской стороны по поводу укрепления военной мощи Китая17.

17. National Security Strategy. 2010. May 2010. P/44.
28

А вот что говорилось об американской военной стратегии в АТР в Национальной военной стратегии Соединённых Штатов, принятой в феврале 2011 г.: «Мы будем расширять наше сотрудничество в области военной безопасности, обменов и учений с Филиппинами, Таиландом, Вьетнамом, Малайзией, Пакистаном, Индонезией, Сингапуром и другими государствами Океании, работая с ними над устранением внутренних и общих внешних угроз целостности и безопасности их стран. Это также поможет нам обеспечить устойчивое и диверсифицированное присутствие и оперативный доступ в регионе… Наша страна стремится к позитивным, кооперативным и всеобъемлющим отношениям с Китаем, приветствуя принятие китайской стороной на себя ответственной руководящей роли. Чтобы поддержать это, американские вооружённые силы стремятся к более глубоким военным отношениям с Китаем, чтобы расширить области взаимного интереса и выгоды, улучшить взаимопонимание, уменьшить неправильное восприятие и предотвратить просчёты. Мы будем продвигать общие интересы через сотрудничество Китая в борьбе с пиратством и распространением оружия массового уничтожения, а также используя его влияние на Северную Корею для сохранения стабильности на Корейском полуострове. Мы будем продолжать внимательно следить за военными событиями в Китае и за последствиями, которые эти события имеют для военного баланса в Тайваньском проливе. Мы по-прежнему обеспокоены масштабами и стратегическими целями военной модернизации Китая, а также его напористостью в космосе, киберпространстве, в Жёлтом море, Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях»18.

18. The National Military Strategy of the United States of America. 2011. Redefining America’s Military Leadership. – Washington, D.C., February 2011.
29

Как сказал адмирал Р. Уиллард, выступая перед сенатским Комитетом по делам вооружённых сил в феврале 2011 г., «хотя модернизация вооружённых сил объяснима ввиду роста регионального и глобального значения Китая масштабы и скорость этой модернизации, при отсутствии ясности конечных целей Китая, внушают тревогу. Например, КНР продолжает ускорять развитие своих наступательных военно-воздушных и ракетных сил без соответствующих публичных разъяснений о том, как эти силы будут использованы. Особую озабоченность вызывает создание новых типов баллистических и крылатых ракет (включая и противокорабельные) и развитие современных боевых самолётов четвёртого и пятого поколения пониженной радарной заметности. Одновременно Китай развивает свои возможности по ведению военных действий в космосе и киберпространстве… Особую озабоченность вызывают действия Китая на море. Недавние официальные заявления и действия китайской стороны в отношении того, что в Пекине называют «ближними морями» представляют собой прямой вызов общепринятому пониманию международного права и установившимся международным нормам. Хотя Китай не выступил с требованиями правового характера на всё это водное пространство, он стремится исключить или ограничить иностранную и, особенно, американскую военно-морскую и военно-воздушную активность в «ближних морях» – в акватории, охватывающей пространство от береговой линии Китая до… Японии, Тайваня, Филиппин и Индонезии, и включающей Бохайский залив, Жёлтое море, Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря»19.

19. Statement of Admiral Robert F. Willard, U.S. Navy Commander, U.S. Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Pacific Command Posture. 12 April 2011.
30

Серьёзную озабоченность у американской стороны вызвала и достаточно скептическая реакция китайской стороны на предложения Соединённых Штатов о развитии сотрудничества в военной сфере, о чём достаточно откровенно заявил в июле 2011 г. адмирал М. Мэллен, занимавший в то время пост председателя Комитета начальников штабов. Кроме того, адмирал с тревогой отметил действия китайской стороны в Южно-Китайском море и стремительную модернизацию Народно-освободительной армии Китая (НОАК)20.

20. Mullen M. A Step Toward Trust With China. The New York Times. July 25, 2011. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
31

Во всяком случае, во времена Обамы в США предпочитали рассматривать Китай пусть как проблемного, но всё же партнёра Соединённых Штатов, о чём свидетельствует в частности инициатива американского президента, озвученная в ходе его визита в Китайскую Народную Республику в 2009 г. Было предложено сформировать американо-китайский тандем, который стал бы, по мнению Обамы, инструментом для урегулирования глобальных проблем – от экологии до мировых финансов. В Пекине, однако, не проявили интереса к этой американской инициативе, полагая не без некоторых оснований, что в данном тандеме роль лидера американцы зарезервируют за собой. В конечном итоге в Вашингтоне пришли к выводу о том, что «Китай… представляет собой самую большую долгосрочную стратегическую угрозу для свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона и для Соединённых Штатов»21. В Пекине разглядели в этом новом американском сценарии попытку стратегического окружения Китая.

21. Statement of Admiral Robert F. Willard, U.S. Navy Commander, U.S. Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Pacific Command Posture. 12 April 2011.
32

По словам командующего Индо-Тихоокеанским командованием США адмирала Ф. Дэвидсона, «/з/а последние 20 лет Пекин предпринял огромные усилия по развитию и модернизации Народно-освободительной армии Китая. НОАК является главной угрозой интересам США, американским гражданам и нашим союзникам внутри первой островной цепи (термин, который относится к островам, которые проходят от севера Японии через Тайвань, Филиппины и Индонезию) и быстро наращивает свою способность проецировать мощь и влияние за пределы первой островной цепи. Пекин прилагает большие усилия по количественному наращиванию, качественному совершенствованию своих вооружённых сил». Особую озабоченность командующий выразил по поводу утраты американского некогда неоспоримого превосходства в воздухе, под водой, в космосе и киберпространстве22.

22. Statement of Admiral Philip S. Davidson, U.S. Navy Commander, U.S. Indo-Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Indo-Pacific Command Posture 12 February 2019.
33 В этой связи было указано на необходимость укрепить противоракетную оборону США в Индо-Тихоокеанском регионе, принять на вооружение командования тяжёлую торпеду, увеличить инвестиции в боеприпасы, способные уничтожать хорошо защищённые цели, а также в гиперзвуковое оружие и системы борьбы с беспилотниками.
34

В последние годы в американских политико-академических кругах активно обсуждается вопрос о возможности военной конфронтации между ВС Соединённых Штатов и НОАК. Как автор упоминал ранее, «оценивая перспективы военного конфликта между США и КНР, американские военные эксперты обращают внимание в первую очередь на ситуацию в Южно-Китайском море, где китайцы ведут активное строительство и оборудование военно-морских и военно-воздушных баз на спорных островах архипелага Спратли, на которые претендуют КНР, Тайвань, Вьетнам, Малайзия, Бруней и Филиппины. Сотрудники корпорации РЭНД полагают, что американо-китайский вооружённый конфликт может возникнуть в результате манёвров американских надводных кораблей вблизи этих спорных островных владений в Южно-Китайском море»23.

23. Батюк В.И. Возможный американо-китайский конфликт в оценках американских специалистов. // Россия и Америка в XXI веке [Электронный ресурс], 2017, № 1. Available at: >>> (accessed 12.03.2020). DOI: 10.18254/S207054760005202-9
35

Другой регион, где вооружённый конфликт между ВС США и НОАК вполне возможен – это Тайвань. Так, американский эксперт китайского происхождения М. Пей исходит из того, что в случае ужесточения политики Пекина в отношении Тайбэя, Соединённые Штаты не останутся в стороне – и это может привести к дальнейшему обострению обстановки в условиях, когда взаимоотношения между двумя державами оставляют желать лучшего. М. Пей не исключает возможность американо-китайского вооружённого конфликта, если только Китай не пойдёт на уступки в своей политике «одного Китая»24.

24. Pei M. Опасная тайваньская политика Китая. Project Syndicate. January 11, 2019. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
36

Однако не только китайская военная мощь вызывает озабоченность в американских кругах. Рост военного потенциала КНР идёт параллельно с ростом экономики материкового Китая. С 2014 г. КНР обладает крупнейшей в мире экономикой (рассчитанной по ППС), и китайская экономика продолжает опережать американскую по темпам роста. Но американцев беспокоят не абстрактные цифры, а сохранение громадного отрицательного сальдо американо-китайского торгового баланса. В 2017 г. этот показатель достиг 345,6 млрд долл.25.

25. US Trade Deficit with China and Why It's So High. The Real Reason American Jobs Are Going to China. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
37 Вопреки ожиданиям американской политико-академической элиты, этот фантастический экономический подъём Китая не привёл к внутриполитической трансформации КНР в соответствии с западными стандартами демократии и прав человека, хотя после начала радикальных экономических реформ в КНР при Дэн Сяопине эта трансформация не случилась.
38

Как сказал научный сотрудник Центра политических исследований (Нью-Дели) Б. Челланей, «от Ричарда Никсона до Барака Обамы сменявшие друг друга президенты США рассматривали помощь экономическому росту Китая как вопрос национальных интересов; действительно, Джимми Картер однажды выпустил президентскую директиву, в которой заявил об этом. Даже когда Китай бросил вызов правилам мировой торговли, заставил компании делиться своей интеллектуальной собственностью и нарастил свои военные мускулы, США держались за наивную надежду, что, по мере того как Китай становится всё более процветающим, он, естественно, будет проводить экономическую и даже политическую либерализацию»26.

26. Chellaney B. The End of America’s China Fantasy. Project Syndicate. Oct. 22, 2018. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
39 Но, как пишет Челланей, политической либерализации (по американскому сценарию) в КНР не произошло. Напротив, после того как западные ТНК перенесли производственные мощности в Китай, политические позиции КПК ещё больше укрепились. А с другой стороны, возникла высокая степень зависимости американской экономики от экономики китайской, показателем чего является громадный американский дефицит в торговле с Пекином.
40 Но американский политический класс беспокоит не только отсутствие признаков демократизации по-американски в Китае. Ещё больше политико-академическую элиту США тревожит всё более активная роль, которую КНР играет в мировой экономике (и, как следствие, в мировой политике). Весьма характерным является в этом смысле выступление вице-президента США Р. Пенса в, в котором Китай был обвинён не много не мало в «капиталистической эксплуатации» своих экономических партнёров, а также в попытках вмешиваться в американские внутренние дела.
41 Отдавая себе отчёт в том, что нынешнее состояние американо-китайских отношений не в интересах прежде всего самих США, отдельные американские специалисты по Китаю указывают на то, что взаимовыгодному диалогу между двумя державами нет альтернативы. Однако этому диалогу мешает смена поколений в американской политико-академической элите: ушли те эксперты, которые помнили об эпохальном прогрессе, которого сумела добиться КНР, а молодое поколение знает только о тех проблемах, которые разделяют Соединённые Штаты и Китайскую Народную Республику.
42

«Будет справедливым заметить, – подчёркивает в этой связи директор Азиатской программы Фонда Карнеги за международный мир Д. Паал, – что слабость исторической памяти не является чем-то новым для Америки. Наши избирательные циклы и культура, ориентирующаяся на будущее, усиливают тенденцию спрашивать “Что вы сделали для меня хорошего в последнее время”, а не “Как мы можем опираться на прошлое сотрудничество?” Не каждый американский промах в отношении прошлого или приличия должен быть прощён»27.

27. Paal D. How US-China disputes on trade, Taiwan and the South China Sea are driven by Washington’s new generation. South China Morning Post. Wednesday, 10 October, 2018. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
43

Российско-китайские отношения: союз или партнерство?

 

Единственное, чего добились сменяющие друг друга американские администрации своими попытками шантажировать как Китай, так и Россию, – так это дальнейшего сближения между Китаем и Россией, причём на явно антиамериканской основе. Китаю есть что ответить на американский нажим, и укрепление связей с Россией в различных областях (в том числе и в области военно-технического сотрудничества) – один из вариантов такого ответа. Как полагает видный российский китаист С.Г. Лузянин, «/о/чевидно, что стратегическое противостояние США и их союзников, с одной стороны, КНР и России – с другой, в 2018 г. вышло на уровень открытого взаимного сдерживания и «холодной» борьбы во всех сферах — военно-политической, экономической и идеологической. Москва и Пекин вынуждены иметь в своём арсенале различные сценарии ответов на ужесточающийся американский вызов. Сознательно сохраняя несоюзнический статус, обе державы качественно расширяют повестку сотрудничества, охватывая всё новые и новые уровни глобальных и региональных процессов – от борьбы с терроризмом в “горячих” точках и тесного взаимодействия в Совете Безопасности ООН практически по всем актуальным вопросам до продвижения различных проектов и инициатив в БРИКС, ШОС, на евразийском континенте — “Один пояс, один путь” + ЕАЭС и др.»28.

28. Лузянин С.Г. Россия – Китай: формирование обновлённого мира. – М.: Издательство «Весь Мир», 2018, с. 13.
44 При этом следует понимать, что взаимное российско-китайское сближение началось е задолго до того, как в середине 2010-х годов обострились и российско-американские, и американо-китайские отношения. Процесс устойчивого улучшения взаимоотношений между Москвой и Пекином начался ещё более 30 лет тому назад, после того, как советская сторона выполнила те условия, которые власти КНР рассматривали как предпосылку для улучшения двусторонних отношений. Огромное значение для возобновления нормального диалога между двумя странами имел визит Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачёва в Китай в мае 1989 года.
45 Дальнейшее сближение двух стран имело под собой очень весомые основания. Один из ведущих российских специалистов по Китаю А.В. Лукин указал на восемь главных причин российско-китайского сближения.
46 1. Общее стремление двух стран к уходу от однополярного и перехода к многополярному миру. В мире, в котором доминируют США и их западные союзники, Россия и Китай не видят возможности обеспечения своих интересов.
47 2. Стремление сохранить систему международного права, основанную на принципе суверенитета государств, ядром которой является ООН и её Совет Безопасности. Будучи единственными представителями незападного мира в СБ ООН, и Москва, и Пекин заинтересованы в сохранении ведущей роли этого органа, так как право вето уравнивает их влияние с влиянием Запада.
48 3. Позиции России и Китая по региональным конфликтам близки или совпадают.
49 4. Россия и Китай заинтересованы в реформировании международной финансовой системы, увеличении роли незападных государств во Всемирном банке и МВФ, расширении использования региональных валют в международной торговле и т.д.
50 5. Россия и Китай необходимы друг другу как торгово-экономические партнёры. В то время как Китай является основным торговым партнёром России, Россия поставляет Китаю товары, которые он не может приобрести у других поставщиков вообще или же по приемлемой для КНР цене.
51 6. РФ и КНР имеют одну из самых протяжённых общих границ в мире, и поэтому такое большое значение для наших двух стран имеет приграничное сотрудничество между российскими регионами Сибири и Дальнего Востока и Северо-Восточного Китая.
52 7. Россия и Китай активно сотрудничают в Центральной Азии и прежде всего в формате Шанхайской организации сотрудничества. У Москвы и Пекина в этом регионе общие интересы: экономическое развитие ЦА, поддержание там политической стабильности и сохранение у власти светских режимов.
53

8. И в России, и в Китае не приемлют ценностей, которые Запад навязывает всему миру в качестве «универсальных» и «всеобъемлющих». Общее отрицание западной идеологии сближает наши две страны29.

29. Лукин А.В. Возвышающийся Китай и будущее России (Работы о Китае и российско-китайских отношениях): Сборник статей. – М.: Международные отношения, 2015, с. 370-372.
54

В свою очередь, такой авторитетный эксперт по американо-китайским отношениям, как С.М. Труш, указал на военную политику администрации Трампа как на фактор российско-китайского сближения в военно-политической сфере: «При данной динамике действий США, Россию и Китай неизбежно подталкивали к выводу о том, что более тесная военно-политическая связка между РФ и КНР – это самый действенный и самый сильный ход Москвы и Пекина в противодействии администрации Д. Трампа»30.

30. Труш С.М. Россия – США – Китай: резоны и риски российско-китайского военного сближения. США & Канада: экономика, политика, культура. 2020, № 3. Available at: >>> (accessed 17.03.2020).
55 Надежды США и их союзников на сохранение в российско-китайских отношениях после окончания холодной войны той враждебности, которая была характерна для советско-китайских отношений 1960–1980-х годов, не оправдались. За последние 30 лет российское и китайское руководство сумело решить такую сложную и запутанную проблему, как демаркация и делимитация государственной границы между КНР и РФ.
56 Далее советско-китайское военное противостояние сменилось в постбиполярную эпоху военно-техническим сотрудничеством Москвы и Пекина, которое имеет огромное значение для двух азиатских гигантов. Это сотрудничество включает в себя не только поставки готового российского вооружения, но и кооперацию двух держав в производстве некоторых оружейных систем.
57

В последние годы активизировалось и военное сотрудничество между КНР и РФ. Практически ежегодно проходят широкомасштабные военные учения с участием военнослужащих двух стран. Так, в 2018 г. до 3200 военнослужащих НОАК приняли участие в учениях «ВОСТОК-2018» на территории российского Дальнего Востока31. А в 2019 г. в учениях «ЦЕНТР» приняли участие 1,6 тыс. китайских солдат и офицеров и 300 единиц военной техники. В том же году состоялись российско-китайские учения «Морское взаимодействие-2019» в районе Циндао.

31. Military and Security Developments Involving the People’s Republic of China 2019. Annual Report to Congress. Department of Defense. May 2019. P.24.
58 За последние 30 лет был отмечен и быстрый рост двусторонних торгово-экономических связей РФ и КНР. Двусторонний торговый оборот превысил 100 млрд долл., и Китай, таким образом, стал крупнейшим внешнеторговым партнёром России. Разумеется, особое значение имеет сотрудничество двух стран в сфере энергетики: для РФ материковый Китай становится основным потребителем российских углеводородов; в то же время российские поставки являются для китайцев своеобразной гарантией от возможной американской морской блокады.
59

«Но дело не ограничивается только энергетикой или углеводородной энергетикой, – отметил в этой связи российский лидер. – Мы продолжаем наши дискуссии по атомной энергетике, по современным и перспективным видам работы в энергетической сфере, в том числе по альтернативным источникам. Мы большое значение придаём сотрудничеству в высокотехнологичных сферах: это авиастроение, это изучение космического пространства, медицина. Ну и для Китая, и для России очень важно сотрудничество в валютно-финансовой области»32.

32. Встреча с руководителями мировых информагентств. 24 мая 2014 года, Санкт-Петербург. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
60 Говоря о российско-китайском взаимодействии, следует отметить, что без него было бы невозможным появления Шанхайской организации сотрудничества, которая фактически является противовесом Соединённым Штатам в их евроазиатской политике.
61

В ходе третьей встречи с участниками международного дискуссионного клуба «Валдай» президент РФ В.В. Путин, отвечая на вопрос о Шанхайской организации сотрудничества, в частности, сказал: «Мы не планировали, что ШОС получит такое звучание и такое развитие, какое она получает… Просто после крушения биполярного мира существует явная потребность в том, чтобы в мире появились какие-то центры силы и влияния. Это просто объективная реальность. Конечно, когда мы это видим, мы соответствующим образом и реагируем. Но мы этого не планировали»33.

33. Встреча В.В. Путина с членами дискуссионного клуба «Валдай» 11.09.2006. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
62

Действительно, и функциональное, и территориальное расширение формата ШОС, явилось полной неожиданностью как для специалистов-международников, так и для профессиональных политиков, дипломатов и военных. Видимо, укрепление международных позиций ШОС, в том числе и в сфере борьбы с международным терроризмом – неслучайно. В Декларации о создании Шанхайской организации сотрудничества (15 июня 2001 г.) говорится о «шанхайском духе», который характеризуется «взаимным доверием, взаимной выгодой, равенством, взаимными консультациями, уважением к многообразию культур, стремлением к совместному развитию». И далее: «Государства – участники «Шанхайской организации сотрудничества» твёрдо придерживаются… принципов взаимного уважения независимости, суверенитета и территориальной целостности, равноправия и взаимной выгоды, решения всех вопросов путём взаимных консультаций, невмешательства во внутренние дела, неприменения военной силы или угрозы силой, отказа от одностороннего военного превосходства в сопредельных районах»34.

34. Внешняя политика и безопасность современной России. 1991-2002. Хрестоматия в четырех томах. Том IV. Документы. - М.: РОССПЭН, 2002. С.519–520.
63 Таким образом, в ШОС не принято читать нотации за «нарушение прав человека» или «отсутствие демократии»; никто не пытается спонсировать «смену режимов» под предлогом «защиты прав и свобод человека». С самого начала своего существования ШОС была ориентирована не на достижение каких-то абстрактных целей, а на решение реальных проблем своих членов. Этот прагматичный подход доказал свою жизнеспособность.
64

Заключение

 

За последние 30 лет произошла серьёзнейшая трансформация того стратегического треугольника США – Китай – Россия, который сложился в 1970-х годах. С одной стороны, поражение в холодной войне и распад СССР резко ослабил позиции Москвы против Вашингтона и Пекина. С другой – резко усилившиеся позиции Китая радикальным образом изменили его позиции в формате стратегического треугольника. Наконец, и это главное, американские правящие круги утратили способность проводить реалистическую политику на международной арене, что, собственно, и открывало в прошлом перед Соединёнными Штатами возможность выстраивать этот самый стратегический треугольник в своих интересах.

65

В годы «первой» холодной войны, поддерживая лучшие отношения с СССР и КНР, чем последние – друг с другом, США занимали прочные позиции на вершине стратегического треугольника. В настоящее время, однако, конфронтационный курс официального Вашингтона и в отношении РФ, и в отношении КНР не может не подталкивать Москву и Пекин к формированию антиамериканского квазиальянса. По мнению Зб. Бжезинского, высказанного им незадолго до своей смерти, США должны помнить о том, что стратегический союз между Россией и Китаем, ставший результатом ошибочной внешней политики Вашингтона, – это самая большая опасность, с которой могут столкнуться Соединённые Штаты на международной арене35.

35. Бжезинский Зб. Кризис мировой власти и тройственный союз США, Китая и России. Россия в глобальной политике. 9 января 2017. Available at: >>> (accessed 12.03.2020).
66

Проблема, однако, в том, что в своей внешней политике Вашингтон руководствуется не столько интересами, сколько идеалами. Разумеется, в Соединённых Штатах есть и те, кто считает, что Америка должна строить свою внешнюю, в частности, российскую и китайскую, политику на основе интересов, то есть на реалистической основе, но таких там сейчас не много. Увы, сегодня в США слово «реалист» – это очень плохое слово, и влияние реалистов в американских «коридорах власти» в настоящее время практически равно нулю36.

36. Сафранчук И. Безрадостный ландшафт. Экспертные мнения в США по российско-американским отношениям и направления их развития. Россия в глобальной политике. 2016. № 2. URL: >>> (accessed 12.03.2020).

References

1. Batyuk V.I. Istoriya mezhdunarodnykh otnoshenij. Uchebnik dlya akademicheskogo bakalavriata. – M.: Yurajt, 2016. s.345.

2. Batyuk V.I. Amerikano-kitajskie otnosheniya: vozvraschenie kholodnoj vojny? SShA & Kanada: ehkonomika, politika, kul'tura. 2019. №5. S.22-38. DOI: 10.31857/S032120680004909-3

3. Kissinger H. Diplomacy. – New York: Simon and Schuster, 1994. P.719

4. Balakin V., Syaoin' L. KNR i SSSR v 1960-e – 1980-e gody: ot konfrontatsii k ravnopravnomu sotrudnichestvu. Vestrik YuUrGU. Seriya «Sotsial'no-gumanitarnye nauki». 2016. T. 16, № 1. S.13-14

5. U.S. International Trade in Goods and Services, December 2019. An official website of the United States government. Available at: https://www.bea.gov/news/2020/us-international-trade-goods-and-services-december-2019 (accessed 17.03.2020).

6. Kokh A., Aven P. Andrej Kozyrev: nastoyaschij kamikadze. Forbes. 28.09.2011. URL: http://www.forbes.ru/ekonomika/lyudi/74501-andrei-kozyrev-nastoyashchii-kamikadze (accessed 12.03.2020).

7. Batyuk V.I. «Novaya rossijsko-amerikanskaya gonka yadernykh vooruzhenij». SShA & Kanada: ehkonomika, politika, kul'tura. 2020, № 2. S.78-96. DOI: 10.31857/S268667300008242-6

8. Veber Yu., Krikovich A. Izmotat' i peresidet'. Istoki amerikanskogo povedeniya v otnoshenii Rossii. Rossiya v global'noj politike. 2016. №2. Available at: http://www.globalaffairs.ru/number/Izmotat-i-peresidet-18030 (accessed 12.03.2020).

9. Biden J. Biden Says Weakened Russia Will Bend to U.S. Wall Street Journal. July 25, 2009. A1.

10. Zlobin N.V. Dve storony odnoj medali. Rossijskaya gazeta. 24 fevralya 2010 g.

11. Vystuplenie i otvety na voprosy Ministra inostrannykh del Rossii S.V.Lavrova v khode vstrechi so studentami i professorsko-prepodavatel'skim sostavom MGIMO, Moskva, 3 sentyabrya 2018 goda. Available at: http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/3336393 (accessed 12.03.2020).

12. Tsit. po: Batyuk V. I. Amerikano-kitajskie otnosheniya: vozvraschenie kholodnoj vojny? SShA & Kanada: ehkonomika, politika, kul'tura. 2019. № 5. C. 22-38. DOI: 10.31857/S032120680004909-3

13. National Security Strategy of the United States of America. December 2017.

14. Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States.

15. Blackwill R., and Gordon P. Containing Russia How to Respond to Moscow’s Intervention in U.S. Democracy and Growing Geopolitical Challenge. – Council on Foreign Relations. Council Special Report No. 80. January 2018. P.3-4.

16. Russia and the United States in the evolving world order: [monograph]: [na angl. yaz.] / [Anatoly Torkunov, Norma C. Noonan, Tatiana Shakleina and others]; edited by Anatoly Torkunov, Norma C. Noonan, Tatiana Shakleina; Moscow State Institute of International Relations (University). – Moscow: MGIMO University, 2018. P.50.

17. National Security Strategy. 2010. May 2010. P/44.

18. The National Military Strategy of the United States of America. 2011. Redefining America’s Military Leadership. – Washington, D.C., February 2011.

19. Statement of Admiral Robert F. Willard, U.S. Navy Commander, U.S. Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Pacific Command Posture. 12 April 2011.

20. Mullen M. A Step Toward Trust With China. The New York Times. July 25, 2011. Available at: http://www.nytimes.com/2011/07/26/opinion/26Mullen.html?_r=1&ref=opinion&pagewanted=print (accessed 12.03.2020).

21. Statement of Admiral Robert F. Willard, U.S. Navy Commander, U.S. Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Pacific Command Posture. 12 April 2011.

22. Statement of Admiral Philip S. Davidson, U.S. Navy Commander, U.S. Indo-Pacific Command before the Senate Armed Services Committee on U.S. Indo-Pacific Command Posture 12 February 2019.

23. Batyuk V.I. Vozmozhnyj amerikano-kitajskij konflikt v otsenkakh amerikanskikh spetsialistov. // Rossiya i Amerika v XXI veke [Ehlektronnyj resurs], 2017, № 1. Available at: http://www.rusus.ru/?act=read&id=541. (accessed 12.03.2020). DOI: 10.18254/S207054760005202-9

24. Pei M. Opasnaya tajvan'skaya politika Kitaya. Project Syndicate. January 11, 2019. Available at: https://www.project-syndicate.org/commentary/china-taiwan-policy-conflict-with-america-by-minxin-pei-2019-01/russian (accessed 12.03.2020).

25. US Trade Deficit with China and Why It's So High. The Real Reason American Jobs Are Going to China. Available at: https://www.thebalance.com/u-s-china-trade-deficit-causes-effects-and-solutions-3306277 (accessed 12.03.2020).

26. Chellaney B. The End of America’s China Fantasy. Project Syndicate. Oct. 22, 2018. Available at: https://www.project-syndicate.org/commentary/us-china-policy-trade-war-competition-by-brahma-chellaney-2018-10 (accessed 12.03.2020).

27. Paal D. How US-China disputes on trade, Taiwan and the South China Sea are driven by Washington’s new generation. South China Morning Post. Wednesday, 10 October, 2018. Available at: https://www.scmp.com/comment/insight-opinion/united-states/article/2167785/how-us-china-disputes-trade-taiwan-and-south (accessed 12.03.2020).

28. Luzyanin S.G. Rossiya – Kitaj: formirovanie obnovlyonnogo mira. – M.: Izdatel'stvo «Ves' Mir», 2018, s. 13.

29. Lukin A.V. Vozvyshayuschijsya Kitaj i buduschee Rossii (Raboty o Kitae i rossijsko-kitajskikh otnosheniyakh): Sbornik statej. – M.: Mezhdunarodnye otnosheniya, 2015, s. 370-372.

30. Trush S.M. Rossiya – SShA – Kitaj: rezony i riski rossijsko-kitajskogo voennogo sblizheniya. SShA & Kanada: ehkonomika, politika, kul'tura. 2020, № 3. Available at: https://usacanada.jes.su/s268667300008591-0-1/ (accessed 17.03.2020).

31. Military and Security Developments Involving the People’s Republic of China 2019. Annual Report to Congress. Department of Defense. May 2019. P.24.

32. Vstrecha s rukovoditelyami mirovykh informagentstv. 24 maya 2014 goda, Sankt-Peterburg. Available at: http://news.kremlin.ru/news/21090 (accessed 12.03.2020).

33. Vstrecha V.V. Putina s chlenami diskussionnogo kluba «Valdaj» 11.09.2006. Available at: http://www.kremlin.ru/text/appears/2006/09/111114.shtml (accessed 12.03.2020).

34. Vneshnyaya politika i bezopasnost' sovremennoj Rossii. 1991-2002. Khrestomatiya v chetyrekh tomakh. Tom IV. Dokumenty. - M.: ROSSPEhN, 2002. S.519–520.

35. Bzhezinskij Zb. Krizis mirovoj vlasti i trojstvennyj soyuz SShA, Kitaya i Rossii. Rossiya v global'noj politike. 9 yanvarya 2017. Available at: http://www.globalaffairs.ru/global-processes/Krizis-mirovoi-vlasti-i-troistvennyi-soyuz-SShA-Kitaya-i-Rossii-18528 (accessed 12.03.2020).

36. Safranchuk I. Bezradostnyj landshaft. Ehkspertnye mneniya v SShA po rossijsko-amerikanskim otnosheniyam i napravleniya ikh razvitiya. Rossiya v global'noj politike. 2016. № 2. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/Bezradostnyi-landshaft-18029 (accessed 12.03.2020).