The United States and Europe: Two Years of Donald Trump’s Presidency
Table of contents
Share
QR
Metrics
The United States and Europe: Two Years of Donald Trump’s Presidency
Annotation
PII
S207054760005404-1-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Oleg Prikhodko 
Occupation: Senior Research Fellow
Affiliation: Institute for the U.S. and Canadian Studies RAS
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Abstract

The article scrutinizes key trends that determined the transatlantic relationship during the passed two years of Donald Trump’s presidency. The author considers main features of the current U.S. administration’s approach towards Europe. He attempts to figure out drivers that shaped the milestones of President Trump’s Euro-Atlantic policy. The article reveals that one of the basic drivers is a clash of Trump’s nationally-oriented pragmatic views and transactional inclination with liberal values and devotion to globalization cherished by the European elites (with rare exceptions – Poland, Hungary, and Romania). By the midterm of Trump’s presidency it has become evident that the policies of the 45th American President manifest the U.S. unilateralism (with an "America First" overriding principle in dealing with the world) and protectionism in its absolute form that the transatlantic relationship has never witnessed in the post-war history. His beliefs are incompatible with philosophy of the European integration and ideas on which the EU is based. Unlike his recent predecessors in the White House, Donald Trump neither considers the European integration as an imperative of the U.S. strategy, nor sees the EU as a valuable partner. Many decisions taken  by his administration run counter the European expectations, whether they  concern the transatlantic dealings or global challenges like the WTO dysfunction, trade wars, climate warming, regional hotspots (Iran, the North Korea, and the Middle East). Donald Trump argues that many multilateral agreements have become obsolete and don’t serve the U.S. national interests anymore and that many international organizations rein in American power rather than facilitate achieving the desired goals. It is noteworthy, that while criticizing the liberal political order, he avoids putting into question U.S.-centric elements of the global economic liberal order (e.g. the IMF or the World Bank). As for the U.S. relationship with the European allies, D. Trump has tried hard to rebuild the long-standing pattern of contributions within NATO on a more balanced basis, demanding a fair share in defense spending from them. According to  the author’s analysis, by the midterm of his presidency D. Trump has managed to get only tactical gains in his efforts to rebalance the transatlantic relationship in terms of burden sharing, and failed to overhaul it in a way he hoped to enforce when entering the office.

Keywords
the United States, the Trump administration, European allies, NATO, the EU
Received
04.04.2019
Date of publication
30.05.2019
Number of purchasers
51
Views
1650
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf
Additional services access
Additional services for the article
Additional services for all issues for 2019
1

Особенности внешнеполитического подхода Д. Трампа и Европа: «трампизм» vs европейская система либеральных ценностей

 

С первых дней своего пребывания на президентском посту Д. Трамп продолжил линию, которую наметил ещё в период избирательной кампании 2016 г., подвергая ревизии некоторые базовые правила и постулаты, которыми США руководствовались после Второй мировой войны. Европейских партнёров сразу насторожил стержневой тезис его президентства – «Америка прежде всего», хотя они тогда ещё не знали, как он будет реализовываться в практических делах новой администрации. По прошествии двух лет у них уже не осталось сомнений, что политика Д. Трампа является воплощением американского унилатерализма в его крайней форме, с которой трансатлантические отношения не сталкивались в послевоенной истории. Многие шаги нынешнего американского президента как во внутренней, так и во внешней политике противоречат представлениям глобалистски ориентированных элит Запада. Хотя критические суждения в адрес Д. Трампа часто носят откровенно предвзятый характер и определяются политическими пристрастиями его оппонентов, подходу нынешнего американского президента в некоторых вопросах международной политики действительно свойственна некоторая противоречивость. Эта черта отчётливо проявилась и в отношениях США с европейскими союзниками.

2 Беспокойство у либеральной Европы вызывает то, что можно условно назвать «доктриной Трампа» – внешнеполитическая философия 45-го американского президента, его убеждённость в правоте принятия односторонних решений, не считаясь с мнением других стран, включая союзников. «Трампизм» как совокупность взглядов нынешнего главы американского государства на основополагающие правила и нормы международных отношений несовместим с мировосприятием либеральных элит Запада. Д. Трамп тонко уловил растущую в американском обществе обеспокоенность в связи с размыванием национальной идентичности в результате насаждения глобалистской модели развития. Он апеллирует к массовым слоям населения, которые больше потеряли от глобализации, чем приобрели. Что касается внешней политики, то 45-й президент убеждён, что многие многосторонние соглашения устарели и больше не отвечают американским интересам; что международные организации чаще сковывают и ограничивают силу и влияние США, чем помогают достигать заявленных целей. Значимую роль нынешняя администрация признаёт только за теми из международных структур, где американцы занимают главенствующее положение, и только с ними она готова сотрудничать.
3 Идеология антиглобализма и протекционизма Трампа прямо противоречит философии европейской интеграции, идейным основам существования ЕС. Американский президент открыто противопоставляет сильное государство и надёжно контролируемые госграницы международным институтам и наднациональным структурам. У либеральных элит Европы совсем иные представления о суверенитете, роли государства и границах в современную эпоху. Отсюда и совершенно разные, несовместимые подходы к решению сложных проблем, например, такой как иммиграция: в ЕС – это либеральная политика открытости в отношении мигрантов (за исключением нескольких стран), в США – неординарная настойчивость президента Д. Трампа в деле строительства стены на границе с Мексикой, увеличение военного контингента для обеспечения безопасности в приграничной зоне и объявление чрезвычайного положения для финансирования этих мер вопреки позиции Конгресса.
4 Дональд Трамп в отличие от своих предшественников не считает объединение Европы императивом американской политики и не рассматривает ЕС как ценного партнёра США. Дезинтеграционные процессы в Европе, с его точки зрения, вовсе не являются угрозой, ведь в Евросоюзе он видит прежде всего инструмент ведущих европейских держав (Германии и Франции) в их конкурентной борьбе с США на мировом рынке. Американская администрация в позитивном ключе воспринимает брексит, противостояние нынешнего итальянского правительства с Брюсселем, приветствует электоральные успехи популистских партий и растущую общественную поддержку националистически настроенных сил в Европе, в частности, подъём движения «Пять звёзд» в Италии, – а это как раз то, что вызывает головную боль у европейского истеблишмента. Выступая в декабре прошлого года в Германском фонде Маршалла, госсекретарь М. Помпео подверг критике ЕС, заявив, что бюрократы в Брюсселе ставят свои интересы превыше интересов стран и народов Европы. Многие рядовые европейцы разделяют подобное мнение. Эту тему неоднократно затрагивал в своих речах и президент Д. Трамп.
5 Американская администрация без сожаления реагирует на большие трудности, которые препятствуют окончательному согласованию условий брексита между ЕС и Лондоном. Неурегулированность вопроса о выходе Великобритании из Евросоюза привела к тому, что в последние два года рост ВВП этой страны явно замедлился – он стал заметно меньше чем в среднем по еврозоне, а ведь раньше ситуация была совсем иной. Вашингтон ведёт переговоры с правительством Т. Мэй о свободной торговле, прекрасно понимая, что жёсткая позиция европейских властей по брекситу делает весьма затруднительным продолжение сотрудничества Великобритании с континентальной Европой на привлекательных для Лондона условиях. Однако подобная ситуация вполне устраивает Вашингтон, ведь отдаление Великобритании от ЕС будет подталкивать Лондон к ещё большему стратегическому сближению с США. Позиция Д. Трампа резко контрастирует с тем, как действовала предыдущая администрация Б. Обамы, требуя от Германии и Еврокомиссии решительных шагов по спасению Греции от долговой и финансовой катастрофы, чтобы не допустить «выпадения» этой страны из ЕС.
6

Из высказываний госсекретаря США М. Помпео в ходе одной из сессий на Всемирном экономическом форуме в Давосе1 22 января нынешнего года следует, что администрация приветствует разрушение мирового политического порядка, основанного на либеральной глобалистской идеологии. Она сама во многом способствует этому процессу, поддерживая его движущие силы. По выражению М. Помпео, «новые ветра дуют в мире». В качестве позитивных сигналов происходящей глобальной трансформации госсекретарь назвал «глубокие перемены в Огайо, Рио-де-Жанейро и Риме», где люди отвергли традиционных политиков и политические альянсы, которые не защищают их интересы2. Он заявил, что события последних лет, свидетельствующие о разрушении старого мирового порядка, – решение Великобритании выйти из ЕС, избрание в ряде ведущих стран, включая США, новых лидеров, – являются переменами к лучшему, отторжением экономической глобализации и добрым предзнаменованием для будущего. Правда, странным является упоминание в этом ряду президента Э. Макрона, который хотя и был избран в обход традиционных партий Франции, переживающих кризис, но скорее принадлежит к другому лагерю и никак не может считаться антиглобалистом.

1. Участие М. Помпео в заседании ВЭФ, которое вёл в качестве модератора бывший министр иностранных дел Норвегии Б. Бренде, происходило по спутниковой видеосвязи, так как по распоряжению президента Д. Трампа был отменён визит членов американского правительства в Давос. Белый дом посчитал неуместным этот вояж в условиях шат-дауна, когда 800 тысяч американских госслужащих не получали зарплату.

2. . Michael R. Pompeo. Remarks to the World Economic Forum. January 22, 2019. Available at: >>> (accessed 25.01.2019).
7

Выступления президента Д. Трампа, в частности его речь на Генассамблее ООН в сентябре 2018 г., как и недавние заявления госсекретаря М. Помпео подтверждают, что симпатии нынешней американской администрации на стороне тех сил в мире, которые бросают вызов либерально-глобалистской модели мирового развития. Более сложное отношение у Д. Трампа к существующему миропорядку в сфере мировой экономики. С одной стороны, он критикует правила, которые, по его словам, позволяют зарубежным партнёрам прибегать к «нечестным» торговым практикам в отношении США, отказывает в поддержке таким ключевым структурам мировой экономики, как ВТО, переформатирует НАФТА на более выгодных условиях, заключив с Мексикой и Канадой новое соглашение о свободной торговле в ноябре 2018 года. Как отмечает американский политолог Б. Поусен, «Трамп уничижительно отзывается о международных экономических институтах, таких как ВТО, которые прекрасно подходят на роль виновников тех разрушительных экономических изменений, что вызвали политическую активность основной массы его сторонников»3.

3. Barry R. Posen. The Rise of Illiberal Hegemony. Foreign Affairs. March – April 2018. Vol. 97. No. 2. P. 25.
8

С другой стороны, американский президент не ставит под сомнение важность таких элементов мировой финансово-экономической системы, которые поддерживают доминирующее положение доллара как мировой валюты и главенствующую роль международных организаций, где США пользуются большим влиянием и где решения не могут приниматься без их согласия (в частности, МВФ и Всемирный банк). При всём своём неприятии либерального миропорядка, администрация Д. Трампа вовсе не заинтересована в девальвации американоцентричных элементов системы регулирования мировой экономики и финансов.

9 Большое разочарование у лидеров ведущих европейских держав вызвал отказ Д. Трампа от такой традиционной внешнеполитической цели США, как продвижение демократии в мире. 45-й президент давно пришёл к выводу о неоправданной расточительности попыток насадить демократические стандарты тем, кто к этому не готов, увидев, что США израсходовали триллионы долларов, но так и не смогли внедрить демократию в Афганистане, Ираке и Ливии. Отсутствие в «Стратегии национальной безопасности США», принятой в декабре 2017 г., упоминания о защите либеральных ценностей и принципов, по мнению европейских политологов, осложняет восприятие в Европе американских претензий на мировое лидерство – европейцам теперь трудно принять модель американской гегемонии, в которой нет либеральной составляющей. Отказ Д. Трампа от продвижения демократии как цели внешней политики ставится ему в вину как европейскими, так и американскими либералами. Европейские либеральные элиты не готовы поддержать мировое лидерство США в «трамповской версии».
10 Европу, лидером которой является Германия, тревожат не только идейные и ценностные расхождения с нынешней американской администрацией, но и некоторые особенности внешнеполитического стиля 45-го президента США. Склонность к неожиданным и нестандартным решениям является отличительной характеристикой президентства Д. Трампа. Эта непредсказуемость пугает европейских партнёров, которые не знают, что можно от него ожидать в той или иной ситуации. Решение о выводе американских войск из Сирии, о котором он объявил в декабре 2018 г., является наглядным тому примером. Оно было принято без консультаций с ключевыми европейскими союзниками по антиигиловской коалиции – Францией и Великобританией. 17 февраля Д. Трамп предупредил на своей страничке в соцсети Twitter, что США будут вынуждены освободить более 800 боевиков «Исламского государства», захваченных в Сирии, если европейские страны, откуда она прибыли на джихад, откажутся их принять назад и придать суду. Европейские союзники были застигнуты врасплох неожиданным ультиматумом американского президента. Многие из них видят большую проблему в том, как репатриировать своих бывших граждан, примкнувших к ИГИЛ. «Сирийский прецедент» может повториться и в Афганистане, если США удастся договориться с талибами об условиях урегулирования конфликта в этой стране.
11

Отношения с союзниками по НАТО: мотивы и приоритеты президента Д. Трампа

 

Дональд Трамп начал формулировать свою позицию в отношении союзников в Европе с громогласных заявлений, с беспрецедентно резкой критики их иждивенческого поведения, которая своей угрожающей тональностью встревожила как американский истеблишмент, так и европейских лидеров. Он вообще исходит из того, что альянсы ослабляют США, потому что союзники берут у Америки больше, чем дают, потому что они тратят гораздо меньше, чем американцы на свою безопасность. США платят за оборону Европы и теряют миллиарды в торговле с ней – таково его понимание ситуации в трансатлантических отношениях. Д. Трамп не раз приводил в пример Германию, ведущую экономическую державу Европы, которая выделяет на оборону 1,2% ВВП, тогда как Соединённые Штаты – 3,5%. В течение почти 20 лет – до 2016 г. – доля расходов европейских союзников сокращалась ниже того порога, который был ранее согласован в НАТО. Поэтому вряд ли вызывает удивление, что в период президентской кампании 2016 г. Д. Трамп часто называл союзников «нахлебниками» и заявлял, что США должны быть готовы позволить странам, которые не хотят должным образом платить за свою оборону, самим защищать себя. Как пишут американские политологи, в частности Э. Абрамс, недовольство расходами на альянсы бытует у немалой части населения страны, особенно в глубинке4. Однако для политической элиты НАТО является «священной коровой» – важнейшим символом успеха американской военной силы и дипломатии после Второй мировой войны.

4. Elliott Abrams. Trump Versus the Government. Foreign Affairs. January – February 2019. Vol. 98. No. 1. P. 133.
12 Союзнические отношения с Европой в течение всех послевоенных десятилетий пользовались двухпартийной поддержкой в США. Политическая элита страны привыкла рассматривать военные альянсы с американским участием в качестве важнейшего инструмента силы и влияния США в мире. Подход Трампа ставит под сомнение устоявшиеся каноны трансатлантической политики Вашингтона. Он стал вызовом для консенсуса, который давно сложился в американском истеблишменте.
13

По сообщениям некоторых западных СМИ, в ходе обсуждения в Белом доме вопросов, касающихся взаимоотношений с Европой, Д. Трамп несколько раз поднимал вопрос о возможном выходе США из НАТО, по крайней мере, на период, пока союзники не повысят свои военные расходы до требуемого уровня. Однако в официальных публичных заявлениях он избегал высказываться по этой проблеме в столь категоричной форме. Президент, возможно, и сомневается в практической осуществимости своей угрозы, но в качестве рычага давления на союзников считает уместным время от времени актуализировать эту тему. Как бы то ни было, летом 2018 г., когда обострились американо-германские политические трения, в западных СМИ появились сообщения, что Д. Трамп отдал распоряжение Министерству обороны изучить возможность перебазировать значительную часть 35-тысячного американского военного контингента в другие страны5. Подобные замыслы были просто немыслимы в эпоху холодной войны. Министерство обороны пыталось опровергнуть экстраординарный характер данного шага, утверждая, что этот вопрос является частью обычного процесса военного планирования.

5. J. Hudson, P. Sonne, K. De Young, J. Dawsey. U.S. assessing cost of keeping troops in Germany as Trump battles with Europe. The Washington Post (on-line). June 29, 2018. Available at: >>> (accessed 10.02.2019)
14 Показательным для отношения Д. Трампа к союзникам является его высказывание, прозвучавшее в интервью телеканалу «Фокс-ньюс» Fox News в июле прошлого года, когда на вопрос, будут ли США защищать Черногорию, которая стала новым членом НАТО, он дал ответ, который не предполагает обязательного предоставления американской военной помощи: «Они очень агрессивные люди. Они могут стать агрессивными. И, поздравляю, вы в третьей мировой войне». Другое его высказывание, прозвучавшее в марте 2018 г.: «Наши союзники заботятся о себе. Они не заботятся о нас»6. Стремление Д. Трампа уменьшить бремя союзнических обязательств созвучно настроениям немалой части американского общества. Далеко не все уверены в правильности курса на расширение американских обязательств по обороне и безопасности на «периферию» Европы – в частности, на такие страны, как Черногория и Македония. Представители американских медиа, близкие к консервативным кругам, при обсуждении этой темы не раз задавали вопросы президенту и госсекретарю, готовы ли они направить американских солдат воевать в этих странах.
6. Цит. по: E. Abrams. Trump versus the Government. Foreign Affairs. January – February 2019. Vol. 98. No. 1. P. 135.
15 Дональд Трамп ставит непривычные для американской политической элиты вопросы: например, какова практическая польза от НАТО? Он исходит из того, что в то время как США несут основное бремя по обеспечению безопасности союзников в Европе, те не могут оказать им сколько-нибудь значимую поддержку в стратегически важных регионах мира, таких как АТР, который является главным плацдармом противостояния с Китаем, или Ближний Восток, где базируются основные силы исламистских террористических группировок. Хотя альянс и присоединился в 2016 г. к «Глобальной антиигиловской коалиции», возглавляемой американцами, но кроме Франции и Великобритании никто из его членов не согласился участвовать в военных операциях против «Исламского государства» в Сирии и Ираке, а ведь Вашингтон обращался к ним с таким предложением. Примерно та же картина наблюдалась и в Афганистане, где основная тяжесть боевых действий легла на США, а союзники, за редким исключением, предпочли оставаться на второстепенных ролях, чтобы избежать потерь.
16 По мнению Д. Трампа, современные реалии требуют обновлённого стратегического подхода к отношениям с союзниками, который предполагает соразмерную отдачу для США от того вклада, который американская сторона вносит в обеспечение их безопасности. Новым тестом для трансатлантических отношений может стать реакция европейских союзников на обращение к ним Д. Трампа заменить в Сирии уходящие оттуда американские войска. Некоторые европейские столицы уже дали отрицательный ответ на это предложение, заявив, что не готовы посылать войска, тем более что Вашингтон с ними не обсуждал этого вопроса, а поставил перед фактом, даже не поинтересовавшись их мнением.
17 Разрыв между США и союзниками в оборонных расходах и военно-техническом уровне вооружённых сил давно является болезненной темой в трансатлантических отношениях. Однако отличие Д. Трампа от его предшественников состоит в том, что он в беспрецедентно резких формулировках потребовал от Европы увеличения средств на оборону, пригрозив политическими последствиями для тех, кто не согласится выполнять это условие. Недофинансирование оборонных усилий союзниками вызывает недовольство США уже на протяжении нескольких десятилетий. Д. Трамп поставил эту проблему в более широкий контекст американо-европейских отношений, обещая сделать выводы в отношении тех, кто будет уклоняться от увеличения вклада в совместные оборонные усилия. За этими жёсткими требованиями стоят вполне конкретные, корыстные интересы США. Вашингтон подталкивает союзников к тому, чтобы они больше закупали американских вооружений, тем самым укрепляя экономические и конкурентные позиции военно-промышленных компаний Соединённых Штатов. И такой подход приносит свои плоды прежде всего в Восточной Европе, где местные страны ищут поддержку США в противовес давлению, которое оказывают на них в спорных вопросах более сильные партнёры по Евросоюзу.
18

Можно по-разному оценивать, насколько эффективны требования президента Д. Трампа к союзникам в вопросе увеличения военных расходов. В интервью телеканалу «Фокс-ньюс» (Fox News) 23 января 2019 г. госсекретарь М. Помпео заявил, что «нынешняя администрация сделала для НАТО гораздо больше, чем несколько предыдущих администраций вместе взятых»7. Из его слов следует, что давление президента Трампа на союзников позволило увеличить оборонные расходы НАТО почти на 100 млрд долл. Однако эти данные расходятся с калькуляциями, которые привёл генсек альянса Й. Столтенберг. По его сведениям, которые он сообщил в интервью телеканалу «Фокс-бизнес» (Fox Business) 24 января, указанная сумма будет достигнута лишь к концу 2020 г., то есть за весь четырёхлетний период президентства Трампа, да и то, с учётом вклада Канады, а не только европейских членов альянса. Если эта тенденция продолжится в следующие четыре года, то к 2024 г. прибавка, по его оценкам, составит уже 350 млрд долл. Судя по всему, данные Й. Столтенберга ближе к истине, так как схожими цифрами оперирует также и.о. министра обороны США П. Шэнахэн. Уйдя от ответа на вопрос телеведущей М. Бартиромо о возможности повышения союзниками своих военных расходов до 4% ВВП (Д. Трамп вёл об этом речь на саммите НАТО в июле 2018 г.), генсек альянса дал понять, что это требование является нереалистичным.

7. Secretary of State Michael R. Pompeo. Interview with Martha MacCallum of Fox News. State Department, Washington, DC. January 23, 2019. Available at: >>>.
19 Следует признать, что стремление Д. Трампа перестроить отношения с союзниками в большей мере проявилось в виде деклараций, нежели в практических шагах правительства. Объяснение очевидному разрыву между словами и делами некоторые американские политологи видят в дефиците единомышленников у Д. Трампа даже в высшем звене администрации, а также в особенностях стиля руководства президента, который склонен заявлять максималистские требования по той или иной проблеме, оставляя своим подчинённым работу по нахождению компромисса с вовлечёнными странами. В результате мощного сопротивления, которое встречают установки президента в самой администрации и тем более в Конгрессе, у союзников не всегда есть ясное представление, в чём же состоит истинная позиция США в том или ином вопросе.
20

По мнению ряда западных политологов, неприятие Д. Трампом либеральных ценностей создаёт риск внутренней фрагментации и даже идейного перерождения НАТО, хотя речь не идёт об изменении геополитической природы этого военно-политического блока. Как отмечает американский политолог (бывшая высокопоставленная сотрудница Госдеда и Минобороны в разные периоды времени в президентство Б. Обамы) С. Уолландер, главная угроза для трансатлантического альянса – «распад либеральной демократии в самом альянсе», формирование в нём «блока государств, склонных защищать нелиберальную демократию»8. По её словам, многие члены альянса демонтируют у себя институты и процедуры либеральной демократии, а это может негативно отразиться на политической сплочённости союзников. С. Уолландер видит тревожные признаки в том, что НАТО примирительно относится к росту недемократических процессов и укреплению популистских и националистических сил в странах альянса, причём не только среди «ренегатов», к которым она причисляет Венгрию, Польшу, Турцию, но и в государствах, стоявших у истоков создания Североатлантического блока, таких как Франция, Германия и Нидерланды, добавляя к ним администрацию Д. Трампа, «которая демонстрирует намерение нарушить работу институтов и процедур либеральной демократии»9.

8. Celeste A. Wallander. NATO’s Enemy Within. Foreign Affairs. July – August 2018. Vol. 97, No. 4, pp. 70, 79.

9. Ibid., p. 77.
21

Попытки Д. Трампа переформатировать отношения с союзниками на новой основе встретили активное противодействие Конгресса, который принял упреждающие законодательные меры на этот счёт. Они вызвали непонимание и возражения со стороны его ближайших советников: некоторые из должностных лиц в его окружении действовали наперекор инструкциям главы Белого дома, корректировали или вовсе перетолковывали его директивы на свой лад. Ряд увольнений в команде президента в прошедшие два года объясняется желанием Д. Трампа избавиться от наиболее злостных саботажников. Разногласия по вопросу отношений с союзниками стали одной из причин ухода в отставку в декабре прошлого года министра обороны Дж. Мэттиса, который считает, что военно-политический союз США и Европы является ценным активом американского государства, которым надо дорожить, а не подвергать сомнению. По мнению Дж. Мэттиса, альянсы являются основой безопасности США, они составляют одну из главных черт, которые отличают Соединённые Штаты от России, Китая и Ирана, у которых, мягко говоря, крайне мало союзников10. Фактом является то, что идеи и инициативы президента, расходящиеся с традиционными постулатами американской политики, бойкотируются в недрах правительственного аппарата, включая Госдепартамент и Министерство обороны.

10. Remarks by Secretary Mattis at the U.S. Naval War College Commencement. Newport, Rhode Island. June 15, 2018. Available at: >>> (accessed 10.01.2019).
22

Трансатлантические взаимоотношения по вопросам внешней политики и безопасности

 

В прошедшие два года президентства Д. Трампа американо-европейские разногласия по целому ряду важных проблем международных отношений достигли наибольшей за многие годы глубины: это и контроль над вооружениями, чья стабилизирующая роль ставится под сомнение нынешней администрацией, но высоко ценится Европой; это и соглашение по ограничению ядерной программы Ирана, из которого США вышли в мае 2018 г.; это и прекращение американского участия в Парижском соглашении по климату; это и антилиберальный подход Белого дома в таких вопросах, как регулирование мировой торговли и трансрегиональной миграции; это, наконец, и экстерриториальное применение американского санкционного законодательства, которое бьёт по интересам союзников. Даже там, где принципиальные позиции США и ЕС совпадают или близки, как, например, в борьбе с международным терроризмом, между ними сохраняются различия по ряду существенных аспектов. Прежде всего это касается правового режима, соотношения национального законодательства и международного права. Д. Трамп критиковал европейские страны (в частности, Францию и Бельгию) за то, что они делают явно недостаточно для пресечения деятельности исламистских террористических структур на своей территории, проповедуя принцип «открытых дверей» в отношении мигрантов и беженцев с Ближнего Востока и Африки. В Европе же иммиграционная политика американского президента воспринимается как дискриминационная по отношению к мусульманам.

23 С осени 2018 г. особую актуальность приобрёл вопрос о судьбе российско-американского Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. В последние два года США неоднократно поднимали в НАТО тему «нарушения Россией» этого соглашения, но не предоставляли союзникам доказательств своих обвинений. Они убеждали европейских партнёров поверить им на слово, а в публичном пространстве – поддержать американскую позицию. Вашингтон предложил им сформулировать свои предложения насчёт того, как повлиять на Москву, чтобы она исправила «нарушения» договора, но никто не откликнулся на этот призыв.
24

20 октября 2018 г. президент Д. Трамп объявил о намерении США выйти из Договора о РСМД, если «Россия не вернется к его соблюдению». Для европейцев это заявление американского президента явилось сюрпризом, несмотря на то что США уже давно критиковали Москву за «несоблюдение» договора. Некоторые европейские политологи увидели в решении Трампа новое подтверждение его непредсказуемости в международных делах. Союзники сразу вспомнили евроракетный кризис конца 1970-х – начала 1980-х годов и резко всполошились. Внешнеполитическая служба ЕС, возглавляемая Ф. Могерини, уже 22 октября выпустила официальное заявление с призывом к России и США вступить в конструктивный диалог по ДРСМД и сохранить договор, который она назвала одной из опор европейской системы безопасности11. Даже самые лояльные союзники США, такие как Великобритания, хотят, чтобы договор оставался в силе. Тем не менее, 2 февраля, по завершении двухмесячного срока американского ультиматума12, госсекретарь М. Помпео объявил, что США «приостанавливают» свои обязательства по ДРСМД.

11. Statement on the Treaty on Intermediate-Range Nuclear Forces in Europe. Bruxelles, October 22, 2018. Available at: >>> (accessed 10.11.2018).

12. Эта двухмесячная отсрочка на «исправление Россией нарушений» ДРСМД, по словам госсекретаря США М. Помпео, была предоставлена во многом в ответ на просьбу союзников. С подобным призывом обращалась, в частности, канцлер ФРГ А. Меркель.
25

Вашингтон предвидел европейские опасения. Он развернул активную дипломатическую работу с союзниками, возлагая на Москву всю ответственность за демонтаж договора. США предоставили союзникам некоторые свои спутниковые и телеметрические данные по испытаниям российской ракеты 9M729, которая является главным объектом американских претензий. Судя по итогам заседания Совета НАТО, которое состоялось в декабре 2018 г. на уровне министров иностранных дел, администрации Д. Трампа удалось добиться своей цели. Даже скептики в натовских рядах признали обоснованность американских претензий к России. В специальном заявлении, единогласно принятом на встрече, была выражена полная поддержка американской позиции по договору. В этом документе из 10 пунктов сформулировано общее мнение союзников, что «Россия практически нарушает свои обязательства по Договору о РСМД», разработав и приняв на вооружение крылатую ракету 9M729, что противоречит договору и «создаёт существенные риски для евроатлантической безопасности»13. В заявлении содержится призыв к России безотлагательно вернуться к полному и поддающемуся проверке соблюдению договора.

13. Statement on the Intermediate-Range Nuclear Forces (INF) Treaty. Issued by the NATO Foreign Ministers, Brussels, December 4, 2018. Available at: >>> (accessed 15.12.2018).
26 Консолидированную позицию США и союзников не изменили предоставленные российской стороной беспрецедентные по уровню транспарентности технические данные и пояснения по поводу американских претензий. Европейские страны предпочитают больше верить конфиденциальной информации, с которой их ознакомили США. У них нет возможности перепроверить эти данные, как и те, на которые ссылается Россия. Стороннему наблюдателю трудно составить самостоятельное мнение, ведь каждая из сторон (РФ и США) ссылается на данные объективного контроля, которые получает от своих национальных технических средств.
27 Итак, резюмируя, в реакции европейских союзников на кризис с ДРСМД можно выделить два основных момента: во-первых, это серьёзная обеспокоенность возможными негативными последствиями для европейской безопасности и стратегической стабильности в целом, но России не удалось использовать эти настроения в свою пользу из-за общего кризисного состояния отношений с Западом; во-вторых, это полная поддержка европейскими странами позиции США по ДРСМД и американской трактовки ситуации вокруг договора.
28 Каковы перспективы? В ежегодном послании Конгрессу 5 февраля президент Д. Трамп упомянул о возможности заключения нового договора по ракетам средней и меньшей дальности с участием России, Китая и других стран, обладающих этими системами. Однако в силу многих причин достижение подобной договорённости не является реалистичной задачей. Скорее можно ожидать наращивания противостояния между сторонами по упомянутым видам вооружений, хотя это не будет точное воспроизведение ситуации начала 1980-х годов. Германия, судя по настроениям в политических кругах этой страны, в отличие от ситуации 40-летней давности не согласится на размещение на своей территории американских ракет средней и меньшей дальности. Подобный сценарий представляется маловероятным в Западной Европе из-за почти единодушного неприятия там этой идеи: европейцев пугает Д. Трамп своей непредсказуемостью и Дж. Болтон своей ястребиной позицией, в которой нет места для компромиссов. А вот в Восточной Европе могут найтись страны, которые ради укрепления военно-политических связей с США будут готовы пойти на риск и принять американские планы. Польша, хотя и в осторожных выражениях, дала понять, что будет готова рассмотреть американское предложение о развёртывании американских ракет. В целом у европейских союзников ещё не сформировался ответ, что они будут делать, если США обратятся с запросом на развёртывание ракет средней и меньшей дальности на их территории.
29

Политико-экономический прессинг США и реакция Европы

В президентство Д. Трампа противоречия между США и Европой в торгово-экономической сфере впервые за почти сорок лет приобрели ярко выраженный политизированный характер. Последний раз столь острый конфликт интересов наблюдался лишь во времена администрации Р. Рейгана, когда ФРГ и некоторые другие европейские союзники вопреки американским санкциям и массированному политическому давлению пошли на сотрудничество с Москвой и поставили необходимое оборудование в рамках проекта сооружения трансрегиональных трубопроводов для поставок газа из Сибири в Западную Европу.

30

В наши дни, задействовав соответствующие положения американского законодательства, администрация Д. Трампа определила ключевые вызовы для экономики страны, включая растущий внешнеторговый дефицит, как фундаментальную угрозу национальной безопасности. Она обосновывает необходимость использования протекционистских мер в реагировании на эти вызовы, даже если принимаемые решения идут вразрез с теми правилами мировой торговли, которые были выработаны самими же США и их западными партнёрами. По её мнению, мир вернулся в эпоху соперничества великих держав, а это требует нового, стратегического подхода к торговым отношениям не только с противниками, но и с союзниками. Лозунг президентской кампании Д. Трампа «Сделаем Америку вновь великой», по словам госсекретаря М. Помпео, означает «отказ от торговых соглашений, которые игнорируют интересы американских рабочих»14.

14. Michael R. Pompeo. Remarks to the World Economic Forum. January 22, 2019. Available at: >>> (accessed 25.01.2019).
31 Администрация Д. Трампа расходится с ЕС во взглядах на то, по каким правилам должна функционировать система мировой торговли. В своей внешнеэкономической стратегии она активно использует протекционистские меры, что прямо противоречит либерально-глобалистской модели, которой придерживались США и Европа в предыдущие десятилетия. Хотя трамповский протекционизм является более мягким вариантом защиты национального рынка по сравнению с протекционистской практикой 1950-х годов, не говоря уже о более ранних этапах (особенно периода мирового экономического кризиса 1930-х годов), когда размер пошлин был гораздо больше, узкоэгоистическая нацеленность политики 45-го президента на продвижение американских интересов, не считаясь с последствиями для партнёров, вызывает отторжение в Европе. Д. Трамп отдаёт предпочтение двусторонним договорённостям между государствами, принижая роль широких региональных объединений. Он полагает, что в формате двусторонних переговоров США могут эффективнее реализовывать свои преимущества в качестве преобладающей экономической силы.
32 Ещё во время избирательной кампании 2016 г. Д. Трамп поднимал тему несправедливой торговой конкуренции со стороны Европы (ЕС). Он не скрывал своего неприятия ситуации с растущим дефицитом США в трансатлантической торговле, объясняя этот дисбаланс нечестным поведением европейцев, которые паразитируют на американских гарантиях по безопасности, недофинансируют оборонную сферу и в результате получают незаслуженные конкурентные преимущества. Подобное видение проблемы служит в глазах Д. Трампа и его экономических советников оправданием, почему США вправе прибегать к протекционистским мерам по защите своего рынка и национальных интересов. Решение Белого дома о замораживании переговоров о торговом и инвестиционном партнёрстве с Европой не стало неожиданностью. Этот шаг отражает убеждение Д. Трампа в том, что для США выгоднее договариваться об условиях торговли с каждым государством ЕС в отдельности, чем вырабатывать общие стандарты и нормы регулирования для всего трансатлантического рынка товаров и услуг. Однако Вашингтон вынужден считаться с тем, что по законодательству ЕС ведение подобных переговоров относится к компетенции Еврокомиссии.
33

Следует признать, что для американской озабоченности торговым дисбалансом с Европой есть объективные основания. Согласно данным американской статистики, дефицит в торговле США с ЕС постоянно растёт, несмотря на усилия администрации. В 2016 г. он составил 146,9 млрд долл., в 2017 г. – 151,4 млрд а по итогам одиннадцати месяцев 2018 г. – уже 154,2 млрд долларов. Последние статистические данные показывают, что администрации по-прежнему не удаётся переломить неблагоприятную тенденцию в трансатлантической торговле: с января по ноябрь прошлого года США поставили в Европу товаров на 292,6 млрд долл., а импортировали – на 446,9 млрд долларов15.

15. Trade in Goods with European Union. Available at: >>> (accessed 10.02.2019).
34 Вопрос об огромном американском торговом дефиците Д. Трамп перевёл из плоскости торгово-экономических отношений в плоскость политическую. Трения с Брюсселем по вопросам торговли, когда Д. Трамп примешивает к ним претензии относительно недостаточного вклада европейских союзников в общую безопасность, являются отражением его своеобразного видения внешнеторговых проблем страны. Однако для ЕС, который является крупнейшим торговым партнёром США и имеет большой профицит в трансатлантической торговле, политизированный и протекционистский подход Д. Трампа является серьёзным вызовом. С 1 июня 2018 г. США ввели 25%-ную пошлину на импорт стали из стран ЕС и 10%-ную – на поставки европейского алюминия. Администрация Д. Трампа добивается от ЕС снижения пошлин на американские товары для резкого сокращения дефицита в двусторонней торговле.
35 Итоги переговоров председателя Еврокомиссии Ж.-К. Юнкера, прошедшие в июле 2018 г. в Вашингтоне, показали, что Д. Трампу удаётся продавливать свою позицию. Еврокомиссия обещала снизить тарифы на импортируемые американские промышленные товары до уровня тарифных ставок, действующих в отношении аналогичной европейской продукции в США, а американская администрация – пока не повышать пошлины на европейские автомобили. Евросоюз пошёл на уступки во многом под давлением Берлина, который опасается понести многомиллиардные потери в случае увеличения тарифов на продукцию германской автомобильной промышленности, поставляемую на рынок США.
36 Возможно, более серьёзным вызовом для Европы являются угрозы Вашингтона применить меры финансово-экономического воздействия против европейских компаний, которые нарушат американское санкционное законодательство в отношении третьих стран (России, Ирана, КНДР). Администрация Д. Трампа может повторить с ещё большим размахом то, что США ранее проделывали в отношении германского автомобильного концерна «Фольксваген» и французского банка Parisbas, которые были подвергнуты многомиллиардным штрафам и административным ограничениям, хотя и по разным поводам (в случае с банком это было сделано из-за нарушения им антииранских санкций).
37 Администрация Д. Трампа активно играет на разногласиях между странами ЕС для продвижения американских экономических интересов на европейском рынке. Это особенно ярко проявляется в отношении трубопроводного проекта «Северный поток – 2» по транспортировке газа из России в Европу. Кроме того, Вашингтон поддерживает Ирландию, Швецию, Германию и другие страны, которые отказываются дать своё согласие на принятие в ЕС «цифрового налога». Предложение по введению этого налога было инициировано Францией с целью увеличения бюджетных поступлений от деятельности в Европе американских компаний, являющихся лидерами в сфере интернет-услуг, таких как Amazon и Google, которые преуспели в минимизации налоговых выплат, пользуясь лазейками в национальном законодательстве отдельных стран ЕС. «Раскольническая» активность американской дипломатии усиливает межъевропейские разногласия, препятствуя принятию соответствующего решения в ЕС. Противники введения упомянутого налога в Европе опасаются ответных мер со стороны США – новых ограничений, которые будут ущемлять интересы европейского бизнеса на американском рынке, а подобное предупреждение уже прозвучало из Вашингтона.
38

США – Европа: двухлетние итоги евроатлантической политики Д. Трампа

 

Прошедшие два года президентства Д. Трампа отличались необычно острыми противоречиями между США и Европой, хотя и не сбылись некоторые наиболее алармистские прогнозы. В практической политике 45-го президента на европейском направлении, в отличие от его деклараций, прослеживается больше элементов преемственности, чем новизны по сравнению с деятельностью его недавних предшественников. Неприятие Д. Трампом концепции либерального интернационализма не означает отказа от поддержания американской гегемонии в сфере международной безопасности.

39 Практические шаги администрации, как и доктринальные документы по обороне и национальной безопасности, принятые в президентство Д. Трампа, свидетельствуют, что его евроатлантическая политика в целом близка к тому консенсусу, который существует в Республиканской партии. Претензии, которые предъявляют ему демократы, обвиняя в отходе от внешнеполитических традиций страны, являются скорее отражением их враждебного отношения к президенту, проявлением гипертрофированного внимания к его риторике, нежели результатом беспристрастного анализа его политики.
40 Европейские союзники привыкли видеть в Соединённых Штатах главную опору либерального миропорядка, и для них стало шоком, что Д. Трамп подвергает ревизии его базовые правила, произвольно трактует нормы международного права или даже подменяет их положениями национального законодательства, умаляя значение многосторонних договорённостей, международных норм и институтов. Однако этот конфликт ценностей и интересов двух берегов Атлантики имеет свои чётко обозначенные пределы – обмениваясь взаимными претензиями, США и Европа избегают касаться в практическом плане некоторых фундаментальных проблем своих взаимоотношений, к числу которых относятся американские военные (ядерные) гарантии безопасности.
41

В сфере обороны и безопасности существует больше предпосылок для американо-европейского компромисса. Прошедшие два года после избрания Д. Трампа показали, что президент не в состоянии радикально изменить основы американской политики в отношении НАТО. Продолжается начатое при предыдущей администрации наращивание американского военного потенциала в Европе, хотя оно ещё заметно уступает по своим масштабам периоду холодной войны. Политика Вашингтона, несмотря на угрожающую риторику 45-го президента, идёт во многом в русле того, что делалось его предшественниками. Вместе с тем, США при нынешней администрации менее чем когда-либо прежде готовы согласовывать с союзниками условия и объём американских обязательств по безопасности в Европе. То, что сейчас Вашингтон, как и в президентство Дж. Буша-младшего, чаще прибегает к формированию широкой международной коалиции в конфликтах на Ближнем Востоке взамен использования НАТО (наподобие «коалиции желающих» начала 2000-х годов), является индикатором кризисного состояния отношений США с европейскими союзниками.

42 В торгово-экономической сфере трансатлантические противоречия труднее поддаются регулированию, поскольку здесь противостоят друг другу две экономические системы, сопоставимые по своей силе и масштабам. Эти противоречия носят глубинный характер – они не сводятся к спорам о торговом дефиците и размере пошлин, а отражают принципиальные расхождения во взглядах на такие фундаментальные вопросы, как свободный рынок и протекционизм, национальный эгоизм и мультилатерализм.
43 Итак, с какими результатами Д. Трамп подошёл к двухлетнему рубежу своего президентского срока в отношениях с Европой? К своим достижениям американский президент может отнести:
44

рост военных расходов союзников, пусть и в гораздо более скромном размере, чем он требовал (за 2018 г. средний размер военных расходов европейских стран альянса составил 1,5%); тема дисбаланса оборонных усилий США и Европы остаётся одной из центральных в трансатлантической повестке дня16;

16. J. Hirschfeld Davis. Trump Warns NATO Allies to Spend More on Defense, or Else. The New York Times (on-line), July 2, 2018. Available at: >>> (accessed 12.01.2019).
45 одобрение в НАТО американских планов укрепления натовских сил быстрого реагирования (план «4х30») и развёртывания центра киберопераций при штаб-квартире альянса;
46 увеличение закупок американской военной техники европейскими союзниками – преимущественно из числа стран Восточной и Центральной Европы: не зря США активно лоббировали принятие альянсом критерия, согласно которому союзники должны тратить не менее 20% своего военного бюджета на закупку новой военной техники и вооружений. Это давление на европейцев приносит свои плоды. Так, Словакия приняла решение закупить американские истребители F-35. Польша, стремясь укрепить двусторонние связи с США в сфере обороны и безопасности, готова выложить до 2 млрд долл. на создание на своей территории «Форта Трампа» – базы для дислокации американской бронетанковой дивизии или иного соединения численностью до 20 тысяч военнослужащих;
47 продолжение расширения НАТО: в 2017 г. в альянс была принята Черногория; в 2018 г. официальное предложение о вступлении в НАТО получила Македония, урегулировав многолетний спор с Грецией из-за названия страны и согласившись на переименование в Республику Северная Македония. Д. Трамп не является энтузиастом расширения Североатлантического альянса, но и тормозить этот процесс он явно не намерен. В результате экспансия альянса на Балканы будет продолжена, в перспективе планируется принять Боснию, но главным объектом обработки является Сербия. США (Запад) будут всё активнее подогревать антиправительственные выступления оппозиции, чтобы подорвать позиции нынешнего сербского президента А. Вучича, который выступает против вступления страны в НАТО;
48 поддержка союзниками американской трактовки кризисной ситуации вокруг Договора о РСМД: администрации Д. Трампа удалось «продать» союзникам свою версию событий, добиться консолидированной позиции альянса и предотвратить формирование европейской оппозиции по этому вопросу, что, впрочем, было несложно сделать в условиях глубокого кризиса в отношениях России и Запада;
49 торможение проектов по европейской военно-политической интеграции, в том числе с помощью проводников своего влияния из числа стран Восточной Европы, таких как Польша и Румыния;
50 разобщение европейских союзников по важным экономическим вопросам, затрагивающим интересы американского бизнеса, таким как газотранспортный проект «Северный поток – 2» и предложение о введении в ЕС «цифрового налога» на американские интернет-компании, работающие на европейском рынке;
51 расшатывание общей европейской позиции по соглашению об ограничении иранской ядерной программы, склоняя наиболее лояльные, проамерикански настроенные власти европейских стран (в частности, Польши) примкнуть к позиции США;
52 свёртывание деловой активности крупного европейского бизнеса в Иране: замораживание многих больших проектов европейских компаний в этой стране, значительное сокращение, а по факту почти полное прекращение закупок иранской нефти европейскими странами в соответствии с введённым в ноябре прошлого года нефтяным эмбарго США против ИРИ.
53 Эти результаты носят скорее тактический характер. Д. Трампу не удалось стратегически перестроить отношения с Европой и уменьшить бремя американских обязательств. Он не смог реформировать НАТО в соответствии с критериями, которые пытался внедрить, где на первом месте должен стоять вопрос о соразмерности вклада союзников и обязательств США. Его политика заставила европейских союзников усомниться в американском лидерстве и начать переосмысливать свои отношения с Вашингтоном. Ничего похожего по своим потенциальным последствиям в истории трансатлантических отношений прежде не было, хотя они пережили не одну кризисную ситуацию, но теперь речь идёт о фундаментальных различиях во взглядах на основы миропорядка. Эти разногласия вызвали серьёзный кризис в отношениях между союзниками. В то же время не стоит впадать в другую крайность и абсолютизировать расхождения между США и Европой, – этот процесс может оказаться не столь глубоким и продолжительным, как это представляется с позиций сегодняшнего дня.
54 Прошедший двухлетний период президентства Д. Трампа позволяет говорить о новых элементах в подходе США к отношениям с Европой. Особенность этого подхода состоит в предъявлении союзникам политических и экономических счетов за американские гарантии безопасности – будь то подталкивание к закупкам американского сжиженного газа, даже если это экономически невыгодно европейцам в сравнении с поставками из других стран, или навязывание им требований американского санкционного законодательства в отношении третьих стран, угрожая применением против европейских компаний мер экономического принуждения (закрытие доступа на американский рынок, наложение штрафов и т.д.). И раньше США требовали от европейцев полной лояльности, однако никогда прежде они не были столь категоричны в продвижении своих целей, игнорируя интересы союзников.

References

1.  Michael R. Pompeo. Remarks to the World Economic Forum. January 22, 2019. Available at: https://www.state.gov/secretary/remarks/2019/01/288524.htm (accessed 25.01.2019).

2. Barry R. Posen. The Rise of Illiberal Hegemony. Foreign Affairs. March – April 2018. Vol. 97. No. 2. P. 25.

3. Elliott Abrams. Trump Versus the Government. Foreign Affairs. January – February 2019. Vol. 98. No. 1. P. 133.

4. J. Hudson, P. Sonne, K. De Young, J. Dawsey. U.S. assessing cost of keeping troops in Germany as Trump battles with Europe. The Washington Post (on-line). June 29, 2018. Available at: https://www.washingtonpost.com/world/national-security/us-assessing-cost-of-keeping-troops-in-germany-as-trump-battles-with-europe/2018/06/29/94689094-ca9f-490c-b3be-b135970de3fc_story.html?noredirect=on&utm_term=.f9292e4f8188 (accessed 10.02.2019)

5. Tsit. po: E. Abrams. Trump versus the Government. Foreign Affairs. January – February 2019. Vol. 98. No. 1. P. 135.

6. Secretary of State Michael R. Pompeo. Interview with Martha MacCallum of Fox News. State Department, Washington, DC. January 23, 2019. Available at: https://www.state.gov/secretary/remarks/2019/01/288548.htm

7. Celeste A. Wallander. NATO’s Enemy Within. Foreign Affairs. July – August 2018. Vol. 97, No. 4, pp. 70, 77, 79.

8. Remarks by Secretary Mattis at the U.S. Naval War College Commencement. Newport, Rhode Island. June 15, 2018. Available at: https://dod.defense.gov/News/Transcripts/Transcript-View/Article/1551954/remarks-by-secretary-mattis-at-the-us-naval-war-college-commencement-newport-rh (accessed 10.01.2019).

9. Statement on the Treaty on Intermediate-Range Nuclear Forces in Europe. Bruxelles, October 22, 2018. Available at: https://eeas.europa.eu/headquarters/headquarters-homepage/52520/statement-treaty-intermediate-range-nuclear-forces-europe_en (accessed 10.11.2018).

10. Statement on the Intermediate-Range Nuclear Forces (INF) Treaty. Issued by the NATO Foreign Ministers, Brussels, December 4, 2018. Available at: https://www.nato.int/cps/en/natohq/official_texts_161122.htm (accessed 15.12.2018).

11. Michael R. Pompeo. Remarks to the World Economic Forum. January 22, 2019. Available at: https://www.state.gov/secretary/remarks/2019/01/288524.htm (accessed 25.01.2019).

12. Trade in Goods with European Union. Available at: https://www.census.gov/foreign-trade/balance/c0003.html (accessed 10.02.2019).

13. J. Hirschfeld Davis. Trump Warns NATO Allies to Spend More on Defense, or Else. The New York Times (on-line), July 2, 2018. Available at: https://www.nytimes.com/2018/07/02/world/europe/trump-nato.html (accessed 12.01.2019).

Comments

No posts found

Write a review
Translate