Публичная дипломатия в эпоху «постправды»
Публичная дипломатия в эпоху «постправды»
Аннотация
Код статьи
S207054760000049-0-1
DOI
10.18254/S0000049-0-1
Тип публикации
Статья
Статус публикации
Опубликовано
Авторы
Кошкин Павел Геннадиевич 
Должность: Научный сотрудник
Аффилиация: Институт США и Канады РАН
Адрес: Российская Федерация, Москва
Выпуск
Аннотация
В данной статьей анализируются проблемы публичной дипломатии в эпоху «постправды» в контексте развития современных цифровых технологий и российско-американского противостояния. Автор не только обращает внимание на основные вызовы, стоящие перед публичной дипломатией, но также подробно анализирует феномен «постправды» в современном и историческом контекстах, пытается найти взаимосвязь между ростом «фальшивых новостей», нарастающей российско-американской конфронтацией и кризисом современной публичной дипломатии. Для достижения цели автор проводит критический дискурс-анализ материалов СМИ, публикаций в российских и западных мозговых центрах и официальных документов. Кроме того, в статье делается обобщение проблем публичной дипломатии, используются методы классификации и глубинного анализа, чтобы сформулировать рекомендации по преодолению выявленных вызовов. Новизна статьи заключается в том, что в ней анализируется публичная дипломатия в контексте постправды — уникального в политике и журналистике явления.
Ключевые слова
постправда, фальшивые новости, публичная дипломатия, журналистика, российско-американские отношения, дискурс-анализ
Классификатор
Дата публикации
24.12.2018
Кол-во символов
36229
Всего подписок
1
всего просмотров
287
Оценка читателей
0.0 (0 голосов)
Цитировать Скачать pdf

Для скачивания PDF необходимо авторизоваться

Содержание публикации
1 После событий на Украине 2014 г. и победы бизнесмена Дональда Трампа на президентских выборах 2016 г. возник ряд проблем: усиление кризиса в российско-американских отношениях, распространение «фальшивых новостей», рост пропаганды в СМИ, использование современных технологий в злонамеренных действиях. Всё это в значительной степени влияет на деятельность тех, кто занимается публичной дипломатией. Это проявляется в большом дефиците доверия между Россией и Западом: публичную дипломатию сравнивают со скрытой пропагандой, а к попыткам установить человеческие связи между общественными, культурными и профессиональными группами противоборствующих стран относятся с подозрением1.
1. См.: Chankseliani M. How Russia is using international students as a weapon in the new Cold War // The Conversation. 6.06.2018. URL: >>>> (accessed: 24.10.2018); Zaharna R. From Propaganda to Public Diplomacy In the Informational Age. American University. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).
2 За ростом взаимного недоверия между Москвой и странами Запада стоит множество факторов, и одним из них можно считать феномен «постправды». Чтобы разобраться какое влияние она оказывает на публичную дипломатию в целом, необходимо провести критический дискурс-анализ официальных документов и публикаций в российских и западных СМИ, мозговых центрах. Дискурс-анализ позволяет выявить взаимосвязь между явлениями и порождёнными ими текстами и дискурсами в социально-политической среде2. Иначе говоря, этот социально-лингвистический метод помогает понять интерпретацию той или иной проблемы, выраженной в текстах или общественно-аналитических дискуссиях. Классификация, глубинный анализ, генетический и исторический методы также могут быть полезны для выявления причинно-следственных связей между современностью и историей, т.е. «заполнения пробелов в фактах и событиях» и демонстрации «непрерывности временной связи»3. Иначе говоря, все эти приёмы помогают установить взаимосвязь между усилением потока «фальшивых новостей», нарастающей российско-американской конфронтацией и кризисом современной публичной дипломатии.
2. Wodak R., Meyer M. 2002. Methods of Critical Discourse Analysis, SAGE Publications Ltd., 200 p.

3. Grawitz M. 1984. Méthode des Sciences Sociales, Dalloz, 1074 p., p. 495-663.
3

Что такое «постправда» и «фальшивые новости»?

 

В 2016 г. Оксфордский словарь удостоил понятие «постправда» званием «Слово года», поскольку с 2015 г., когда в США начиналась президентская гонка, а в Великобритании кампания за выход страны из Евросоюза, использование этого термина возросло примерно на 2000%4. Если проанализировать этимологию слова, то нетрудно понять, что под этим термином понимается всё то, что идёт «после» или «за» правдой (английский префикс post- имеет это значение). То есть, по определению Оксфордского словаря, постправда – это явление, в котором апелляция к эмоциям и личным убеждениям играет более важную роль в формировании общественного мнения, чем объективные факты5. Другими словами, это отклонение от истины или пренебрежение правдой в угоду человеческим предрассудкам.

4. Wang A.B. ‘Post-truth’ named 2016 word of the year by Oxford Dictionaries // The Washington Post. 16.11.2016. URL: >>>> (accessed 26.10.2018).

5. Post-truth // English Oxford Living Dictionaries. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).
4 По мнению западных исследователей, основные черты мира постправды заключаются в следующем:
  • антиинтеллектуализм и отрицание научных фактов;
  • претензии на идеологическое превосходство, стремление навязать окружающим точку зрения и знания, не подкреплённые научным опытом и экспериментом и не имеющие под собой доказательной базы;
  • безапелляционная вера в собственную интеллектуальную и моральную правоту, несмотря на логические противоречия в личных убеждениях;
  • кризис традиционных СМИ и расцвет социальных сетей;
  • отрицание объективной истины и вера в постмодернизм, со свойственным ему интеллектуальным релятивизмом6.
6. Mclntyre L. 2018. Post-Truth / The MIT Press Essential Knowledge series. MIT Press, 236 p.
5 Главные спутники постправды – «фальшивые новости» и пропаганда. Они представляют собой частные проявления более широкого феномена. Важно понимать, что «фальшивые новости» не просто распространение ложной информации, это главное «средство» в мире постправды, т.е. целенаправленная тактика по введению общества или группы лиц в заблуждение. При этом случайные ошибки журналистов, допущенные в результате нехватки времени (в процессе поиска эксклюзивов или из–за отсутствия возможности перепроверить информацию), нельзя назвать фальшивыми новостями, но только в том случае, если сотрудники СМИ готовы признать свою оплошность, взять на себя ответственность, опровергнуть ложные сведения и публично извиниться.
6 Пропаганда – это тоже инструмент информационной борьбы, и в отличие от «фальшивых новостей», она опирается преимущественно на достоверную информацию, но при этом вольно использует и интерпретирует факты, то есть вне контекста, для формирования эмоциональной реакции у аудитории, для дезинформации и манипуляции. Главные признаки пропаганды:
  • создание стереотипов, то есть формирование «образа врага» или «целенаправленное сведение многомерного видения к двухмерному, цветного к черно-белому»;
  • попытки изменить сознание, поведение и «картину мира» у групп людей;
  • апелляция к эмоциям, чувствам, традиционным ценностям, страхам, предубеждениям, фантомным болям, а не к здравому смыслу;
  • навязывание аудитории определенной повестки, т.е. фабрикация фактов – отбор удобной для пропагандистов информации;
  • создание «признаков надёжности, в том числе источников информации», или стремление вести пропагандистскую деятельность под прикрытием качественной журналистики или аналитики7.
7. Решение Общественной коллегии по жалобам на прессу по поводу жалобы на «Вести недели» из-за освещения митингов в Киеве. URL: >>>> (дата обращения 19.10.2018).
7 После победы Дональда Трампа на президентских выборах в США и «брексита» 2016 г. о постправде и фальшивых новостях начинают говорить как о новом и опасном явлении из-за его крупномасштабности: «Постправда – это новая парадигма», «фальшивые новости и дезинформация реальны, и они опасны»8. Однако по своей природе они не являются чем-то новым: намеренное распространение неправды было одним из главных инструментов в войне и политическом противостоянии ещё в древности, например, во время Пелопонесских войн между Афинами и Спартой.
8. Garnett S. Disinformation and Democracy. Eurozine. URL: >>>> (accessed 26.10.2018).
8 Дезинформация как метод борьбы активно использовалась и в Древнем Китае: известный полководец и стратег Сунь Цзы написал трактат «Искусство войны», в котором открыто предлагал использовать ложь для достижения военно-тактических целей. «Вся война основана на лжи», – писал он. – Поэтому, когда возможно напасть, нужно создавать видимость, будто бы это невозможно; когда мы действуем, нужно казаться праздными; когда мы рядом, нужно заставлять врага поверить, будто мы далеко; когда мы далеко, мы должны заставить его верить, будто мы рядом»9.
9. Сунь Цзы. 2017. Искусство войны. М.: ЭКСМО, 448 с.
9 В первой четверти ХХ века фальшивые новости были скорее нормой, чем отклонением: через распространение дезинформации журналисты царской России продвигали необходимую для них политическую повестку, например, нагнетали антисемитские настроения, публикуя неподтверждённую информацию о том, что евреи якобы убивали детей и использовали их кровь в религиозных ритуалах («дело Бейлиса»). Все эти слухи воспринимались как правда, инициировались судебные процессы против евреев, в результате чего создавалась идеальная ситуация для погромов10. Начиная с 1920-х годов пропаганда и фальшивые новости стали частью государственной идеологии: дезинформация помогала поддерживать легитимность советского политического режима на протяжении 70 лет11.
10. Зыгарь М. В. 2018. Империя должна умереть. История русских революций в лицах. 1900–1917. М.: Альпина паблишер, с. 576–578.

11. Beckerman C. How Soviet Dissidents Ended 70 Years of Fake News // The New York Times. 10.04.2017. URL: >>>> (accessed 19.10.2018).
10 В пользу того, что постправда и фальшивые новости – явление далеко не новое, говорит и тот факт, что многочисленные теории заговора и подлоги как пропагандистские нарративы были популярны с давних времён: «Дар Константина», «Протоколы сионских мудрецов», «Завещание Петра Великого», «План Алана Даллеса».
11 Однако сегодня, с развитием цифровых технологий и искусственного интеллекта, феномен постправды приобретает бóльшие масштабы. Огромные информационные потоки не только открывают доступ к многочисленным ресурсам и развивают критическое мышление, но приводят и к обратному эффекту, то есть создают много информационного шума, делающего человека более уязвимым для манипуляций. Именно поэтому постправда сегодня привлекает внимание экспертов.
12

Постправда и публичная дипломатия

 

Поскольку в эпоху постправды активно используются «грязные технологии» (фальшивые новости, пропаганда, компромат), то уровень доверия между геополитическими игроками снижается. Всё это, в свою очередь, мешает усилиям публичной дипломатии, которая должна, по определению, формировать положительный образ государств и выступать в качестве инструмента укрепления социально-культурных связей между ними. Но на фоне кризиса в российско-американских отношениях традиционные инструменты «мягкой силы» (в том числе и публичная дипломатия) работают с большим трудом.

13 В академической среде публичную дипломатию считают одним из главных инструментов «мягкой силы»12. Термин «мягкая сила» придумал и популяризировал в своих трудах профессор Гарвардского университета Джозеф Най: он считает её основным критерием «привлекательности» государства и противопоставляет пропаганде. По его мнению, главный инструмент «мягкой силы» – принцип убеждения, а не принуждение, навязывание и внушение13.
12. Лебедева М.М. 2017. «Мягкая сила»: понятие и подходы. Вестник МГИМО–Университета, 3 (54), с. 212–223.

13. Nye J. 2005. Soft Power: The Means of Success in World Politics. N.Y.: Public Affairs: 300 p.
14 Некоторые российские исследователи характеризируют публичную дипломатию как «способ коммуникативного (коммуникационного) влияния государства на зарубежное общественное мнение с целью реализации определённых политических, дипломатических, военных и экономических задач». При этом правительство нередко осуществляет публичную дипломатию не только «по вертикали» – через традиционную пропаганду и образовательные, научные и культурные обмены, но и «по горизонтали» – посредством новых технологий и социальные сетей14. Среди специалистов публичная дипломатия характеризуется как «система коммуникации с зарубежными обществами», как инструмент влияния в руках иностранных правительств на частные общественные группы других стран с целью изменения внешнеполитического курса страны-адресата15.
14. Кубышкин А.И., Цветкова Н.А. 2013. Публичная дипломатия США. М.: Аспект–Пресс, с. 50–54.

15. Долинский А.В. 2011. Эволюция теоретических оснований публичной дипломатии // Вестник МГИМО–Университета, №2 (16), с. 275–280.
15 Осуществляется публичная дипломатия государственными или международными институтами, неправительственными организациями и, как правило, это происходит через регулярное проведение экспертных конференций, круглых столов, международных форумов, образовательно-культурных и обменных программ. Главный актив здесь – люди, а именно личностные связи между гражданами государств – инициаторов публичной дипломатии и стран-адресатов. Цель – создать платформу для общения общественных групп (интеллектуальных элит, лидеров молодежи и членов неправительственных организаций).
16 Сегодня на публичную дипломатию влияют три основных фактора. Вопервых, политическое противостояние между Москвой и Вашингтоном, которое многие эксперты называют новой холодной войной16. «Постсоветский комплекс неполноценности» и «комплекс превосходства США», стремление Вашингтона удержать своё лидерство в мире, попытки Москвы восстановить былое величие, политический кризис в трамповской Америке17 – всё это только усугубляет конфронтацию между странами и негативно сказывается на публичной дипломатии.
16. Legvold R. 2016. Return to Cold War. Cambridge, Polity, 208 p

17. Tsygankov A. Russia Has an inferiority complex, America has a superiority complex // Russia Direct / Russia in Global Affairs. 6.08.2014. URL: >>>> (acceded 29.10.2018).
17 Вовторых, рост популярности многочисленных теорий заговора среди политических элит в США и России тоже способствует тому, что публичную дипломатию воспринимают как закулисную интригу, как попытки государств-инициаторов повлиять на внешнюю и внутреннюю политику стран-адресатов или скрытую пропаганду18.
18. Smagliy K. 2018. Hybrid Analytica: Pro-Kremlin Expert Propaganda in Moscow, Europe and the U.S. A Case Study of Think Tanks and Universities // Institute of Modern Russia. October, 54 p.
18 Втретьих, цифровой бум и рост объёма недостоверной информации в Интернете препятствует качественной и непредвзятой аналитике, что в свою очередь порождает домыслы о целях публичной дипломатии, подрывает её авторитет и сводит на нет её попытки улучшить российско-американские отношения.
19 Эти три фактора предопределяют и три основные проблемы, стоящие перед публичной дипломатией: это кризис доверия, доминирование стереотипов и война образов между Россией и Западом.
20

Кризис доверия

 

Взаимное недоверие России и Запада представляется ключевой проблемой современной публичной дипломатии. Её корнем можно считать политические разногласия Москвы и Вашингтона по украинскому и сирийскому вопросам, а также в связи с положением в области соблюдения прав человека и состоянием гражданского общества в России.

21 По сути, подозрительность между Москвой и Вашингтоном начала расти с 2012 г., после победы Владимира Путина на президентских выборах: американские политические элиты дали понять, что они не смогут построить эффективный диалог с российским президентом. Глава Кремля, в свою очередь, не скрывал своей подозрительности к Западу, обвиняя Белый дом во вмешательстве в парламентские и президентские выборы России в 2011–2012 годах19. Накануне и во время своего третьего президентского срока В. Путин принял несколько законов, вызвавших серьёзное негодование на Западе: это закон о запрете американским семьям усыновлять российских приютских детей («закон Димы Яковлева»), законы об иностранных агентах и нежелательных организациях.
19. Путин обвиняет США в провоцировании протестов // BBC. 8.12.2011. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018).
22 Косвенным результатом взаимной подозрительности стал уход из России американского Агентства международного развития, АМР (United States Agency for International Development, USAID) осенью 2012 г. Ни Москва, ни Вашингтон не смогли прийти к единой точке зрения о причинах ухода АМР: Соединённые Штаты были уверены в том, что управление покидает Россию, так как Кремль требует свернуть его программы20; Россия считала, что США сворачивают программу АМР из-за «потери интереса» к стране21.
20. Брук Дж. USAID уходит из России // Голос Америки. 19.09.2012. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018).

21. Тропкина О. Агентство USAID уходит из России // Известия. 2.08.2012. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018).
23 Методичные удары по публичной дипломатии продолжались накануне и после начала событий на Украине («Евромайдан», присоединение Крыма к России, война на Донбассе).
24 Так, США сокращают финансирование университетских программ по русистике: в 2013 г. Государственный департамент, несмотря на критику со стороны экспертного и академического сообщества, значительно сократил финансирование двух стипендиальных программ – «Шестая статья» (Title VI) и «Восьмая статья» (Title VIII). В рамках первой программы Министерство образования США выделяет трёхлетние гранты на финансирование Центров по изучению культуры других стран (National Resource Centers, NRS) и языковые центры (Foreign Language and Area Studies, FLAS); вторая программа была основана в 1983 г. для изучения стран постсоветского пространства и косвенно содействовала публичной дипломатии. Программа «Шестая статья» потеряла своё финансирование почти в 2 раза в 2014–2017 гг., по сравнению с предыдущим фискальным периодом (2010–2013 гг.), а программа «Восьмая статья» подготовила многие поколения русистов и славистов США: её выпускники – бывшие госсекретари Мадлен Олбрайт и Кондолиза Райс, экс-посол и профессор Стэнфордского университета Майкл Макфол и другие американские дипломаты и учёные22.
22. Подробнее см.: Кошкин П.Г. Второе дыхание: сможет ли «российское досье» возродить программы русистики в США // Российский совет по международным делам. 1.11.2017. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018).
25 В свою очередь, осенью 2014 г. Россия прекращает американскую образовательную программу для учащихся школ под названием «Взаимообмен будущими лидерами» (Future Leaders Exchange,FLEX) из-за того, что один из выпускников программы остался в США после её окончания. В 2015 г. закрывается и Американский центр в Библиотеке иностранной литературы в Москве: его перемещают в здание посольства США.
26 Сегодня кризис доверия между Россией и Западом проявляется прежде всего в том, что обе стороны препятствуют публичной дипломатии, например, депортируют нежелательных и подозрительных лиц или запрещают им въезд на территории своих государств.
27 Так, 26 июня 2018 г. генерального директора «Русской гуманитарной миссии» Евгения Примакова не впустили в Киев для участия в конференции Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Ему запретили посещать Украину в течение пяти лет, так как он представляет «угрозу национальной безопасности» этой страны за его резкие высказывания в адрес украинских властей23. Месяцем ранее Россия не впустила в Москву западного эксперта, главу Польского института международных дел Славомира Дембского. Он прилетел в Москву по приглашению для участия в международном форуме «Примаковские чтения», организованном Институтом мировой экономики и международных отношений РАН (ИМЭМО), но его посчитали «угрозой безопасности России»24, возможно, за его жёсткую критику Кремля и призывы к объединению Польши и Украины для борьбы с «российской агрессией»25.
23. Мареева Е., Черненко Е., Соколовская Я. Российского журналиста Евгения Примакова задержали в Киеве // Коммерсант, 26.06.2018. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018).

24. Маетная Е. «Угроза безопасности России». Как польского политолога не впустили в Москву // Радио Свобода. 31.05.2018. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018)

25. Жуковский И. МИД Польши потребовал объяснить недопуск Дембского // Газета.ru. 29.05.2018 г. URL: >>>> (дата обращения 24.10.2018).
28 Удар по публичной дипломатии наносят и весенние события 2018 г., когда Запад начал обвинять Россию в отравлении бывшего сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери. Великобританию поддерживают европейские страны и Соединённые Штаты: они массово высылают российских дипломатов. Американский президент закрывает российское консульство в Сиэтле и депортирует 60 сотрудников российской дипломатической миссии, однако в их ряды попадает и глава российского Центра науки и культуры в Вашингтоне Олег Жиганов.
29 Ответ Москвы на высылку её представителей тоже вредит публичной дипломатии. Россия депортирует британских дипломатов и закрывает Британский совет в Москве, который долгое время был инструментом «мягкой силы» Лондона26. Однако и эти шаги не новость: ранее, в сентябре 2017 г. посольство США уволило 755 сотрудников в Москве, Санкт–Петербурге и Владивостоке. Сокращение серьёзно ударило по подразделению культурных связей посольства27.
26. Барышева Е. Деятели культуры: Закрытие Британского совета – шаг к культурной изоляции // Deutsche Welle. 17.03.2018. URL: >>>> (дата обращения 24.10.2018).

27. Кошкин П. Вынужденное сокращение Штатов // РБК, 30.08.2017. URL: >>>> (дата обращения 24.10.2018).
30 Дискурс вокруг кризиса доверия России и Запада и его влияния на публичную дипломатию, как правило, сводится к взаимным обвинениям.
31 Москва заявляет, что вынуждена отвечать на недружественные шаги Вашингтона, Киева или Лондона28. Западные или российские независимые эксперты утверждают, что публичная дипломатия (в том числе и культурно-образовательные обмены и программы) становится жертвой агрессивных действий Кремля, будь то «дело Скрипаля» или его другие внешнеполитические или внутриполитические инициативы. При этом согласно нарративу Запада и оппозиции, проигрывают в данной ситуации преимущественно простые граждане России, так как власти страны своими действиями «пытаются изолировать Россию от остального мира»29. Однако в данной ситуации можно выделить и тех экспертов, которые критикуют и Россию, и Запад, обращая внимание на то, что кризис доверия между ними ударяет по публичной дипломатии, подрывая возможности для диалога30.
28. Russia Vows Retaliation for U.K.’s Expulsion of Diplomats Over Poisoning Scandal // The Moscow Times. 14.03.2018. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).

29. Подробнее см.: Барышева Е. Op. Cit.; Байдакова А. Американский центр без американцев // Новая Газета, 17.09.2015. URL: >>>> (дата обращения 23.10.2018); Kinnock S. Russia Is Using the British Council As a Political Tool (Op-Ed) // The Moscow Times, 22.03.2018. URL: >>>> (accessed 23.10.2018); MacFarquhar N., Gordon M. Russia Cancels Exchange Program After a Student Seeks U.S. Asylum // The New York Times. 4.10.2014. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).

30. Koshkin P. Five Challenges for Modern Public Diplomacy and How to Tackle Them // Russian International Affairs Council. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).
32

Доминирование стереотипов

 

Вторая проблема связана с восприятием публичной дипломатии в журналистских, политических и деловых кругах. Главная сложность заключается в том, что публичную дипломатию в силу её происхождения и роли государства рассматривают сквозь призму устоявшихся стереотипов, считают скрытой или сложной пропагандой, так как её изначальная цель – создание и укрепление положительного образа страны-инициатора. Например, некоторые американские дипломаты открыто приравнивают публичную дипломатию к «международной пропаганде» или «психологической борьбе»31. Более того, сегодня публичная дипломатия рассматривается американским Конгрессом как инструмент борьбы с российским информационным влиянием. Законопроект «О защите американской безопасности от агрессии Кремля (Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018, DASKAA), предложенный республиканским сенатором Линдси Грэхемом, предлагает модернизировать инструментарий публичной дипломатии, чтобы повысить её эффективность и гарантировать успешность программ. Цель всех усилий – увеличить «знание, понимание и доверие к Соединённым Штатам среди необходимой целевой аудитории»32. Тот факт, что публичную дипломатию упоминают в законопроекте о защите США от кремлевской «агрессии» говорит, что «мягкую силу» отождествляют с контрпропагандой.

31. Zaharna R. Op. cit.

32. S.3336: Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018 (DASKAA), 115th Congress (2017-2018). URL: >>>> (accessed 24.10.2018).
33 Это происходит в силу природы и особенностей публичной дипломатии. Вопервых, она не привлекательна, если смотреть с позиции бизнеса и получения прибыли. Её инициативы почти никогда не приносят денег и в большинстве случаев являются образовательно-просветительскими по своей сути. Деловые круги поддерживают единичные проекты публичной дипломатии разве только в целях благотворительности или создания положительной для бизнеса повестки, как это происходит в случае с организацией ежегодного российско-американского форума «Диалог Форт-Росс». Проведением форума занимается некоммерческая организация «Общество по сохранению Форт-Росс» (Fort Ross Conservancy), а финансируют его компании «Транснефть», «Совкомфлот» и «Шеврон». До 2018 г. среди спонсоров числилась и компания «Ренова» Виктора Вексельберга, но после того как США ввели против него санкции на фоне «дела Скрипаля» и расследования о предполагаемом российском вмешательстве в выборы США, «Общество по сохранению Форт-Росс» вынуждено было прекратить с ним сотрудничество33.
33. Wilkie Ch. How a Russian oligarch linked to Trump lawyer Michael Cohen turned a California state park into a mini Moscow // CNBC, 17.05.2018. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).
34 Во-вторых, эффективность публичной дипломатии оценить далеко не просто, потому что она ставит не краткосрочные, а долгосрочные цели, полное осуществление которых требует десятилетий. При этом её главным результатом всегда будут не количественные показатели, а качественные сдвиги, то есть завоевание симпатий граждан других государств и развитие в них эмпатии.
35 В-третьих, коммерческая непривлекательность публичной дипломатии делает её уязвимой для политического и идеологического влияния со стороны государственных институтов и других групп интересов. Так, некоторые правительственные или «независимые» исследовательские центры часто спонсируют проекты публичной дипломатии, чтобы достичь своих политических целей. По сути, они используют человеческие связи и профессиональные обмены для продвижения удобных для себя идей. Неудивительно, что публичную дипломатию нередко сравнивают со скрытой пропагандой. Среди политиков, экспертов, журналистов бытует мнение, что независимости или честности в данной ситуации не может быть, а могут быть только спонсоры, определяющие повестку дня. Так считает и президент Центра «Креативная дипломатия» Наталья Бурлинова: «Репутация зависит от того, с какой структурой связана публичная дипломатия, то есть чьи интересы она проводит во внешней политике. А эффективность связана с тем, насколько у той или иной структуры есть хорошие [финансовые] возможности», – сказала она в интервью автору данной статьи.
36 Доминирование стереотипов о публичной дипломатии создаёт множества проблем, мешает и усугубляет кризис доверия между Россией и Западом. Об этом свидетельствует новый доклад Института современной России под названием «Гибридная аналитика: прокремлевская экспертная пропаганда в Москве, Европе и США». Его автор Екатерина Смаглий, бывший директор Института Кеннана в Киеве, делает попытку обвинить Кремль в том, что он через «мозговые центр» и университеты по всему миру, то есть через инструменты публичной дипломатии, продвигает свои «нарративы», свою пропаганду на Западе34. Смаглий составляет список институтов, которые, по её мнению, ведут скрытую прокремлевскую пропаганду под видом «мягкой силы». В этот список входят не только российские авторитетные университеты, аналитические центры (Российский совет по международным делам, дискуссионный клуб «Валдай», МГИМО), но также американские и европейские организации: Московский центр Карнеги, Институт Кеннана, консалтинговая компания «Киссинджер ассошиейтс» (Kissinger Associates), Фонд Карнеги за международный мир (Carnegie Endowment for International Peace), Университет Оксфорда, Королевский колледж Лондона, Фонд Фридриха Эберта (Friedrich Ebert Stiftung)и другие.
34. Smagliy K. 2018. Op. cit., p. 1.
37 Труд К. Смаглий говорит о том, что негативные стереотипы о публичной дипломатии ещё живы и будут играть определённую роль в российско-американской аналитике. Однако в силу своей провокационности и ультимативности, её доклад косвенно напоминает об основных проблемах публичной дипломатии, которые поднимались и ранее в публикациях западных авторов. Например, некоторые эксперты ранее высказывали идею о том, что Россия использует международных студентов как информационное «оружие в новой холодной войне»35. Однако недавний доклад Смаглий вызвал бурные дискуссии среди экспертного сообщества. Смысл аргументов её оппонентов сводился к тому, что приравнивание публичной дипломатии и деятельности уважаемых «мозговых центров» к пропаганде опасно и вредно для нормализаций отношений России и Запада36.
35. Chankseliani M. Op. cit. (accessed: 24.10.2018).

36. Wacky study alleges conspiracy theory linking Moscow to DC think tanks // Spectator/U.S. 11.10.2018. URL: >>>> (accessed 24.10.2018); Koshkin P. Five Challenges, Op. cit.
38 Если говорить о российском дискурсе вокруг публичной дипломатии и «мягкой силы» США, то в нашей стране к ней тоже относятся с подозрением. Однако в отличие от Вашингтона, Москва прямо, а не косвенно, препятствует деятельности западных НКО или аналитических центров. Речь идёт о законах об иностранных агентах и нежелательных организациях. После их принятия российские власти летом 2015 г. предложили создать так называемый патриотический «стоп-лист». Это реестр нежелательных организаций, подготовленный Советом Федерации, в который включили западные НКО, ведущие благотворительные проекты и поддерживающие инициативы по публичной дипломатии (профессиональные, академические и гражданско-политические программы). В их числе Национальный фонд в поддержку демократии (NED), Фонд Сороса, Фонд Макартуров и «Фридом Хаус» (Freedom House). После принятия «стоп-листа» они вынуждены были уйти из России. Фактически, Кремль запретил эти организации в России, потому что верит в стереотипы о деструктивной деятельности зарубежных НКО, направленной якобы на изменение политического режима в других странах. Как заявил председатель комитета Совета Федерации по международным делам и автор «стоп-листа» К. Косачёв, цель документа – препятствовать тем силам, которые «открыто требуют смены власти в России»37.
37. Кашеварова А. Список «нежелательных организаций» расширят до 20 // Известия. 9.07.2015. URL: >>>> (дата обращения 24.10.2018).
39 Если смотреть на тему шире, то доминирование стереотипов было одной из главных проблем для «мягкой силы» во время холодной войны между США и Советским Союзом. Тогда культуру и искусство воспринимали как пропаганду в руках советского и американского правительств, стремившихся продвигать свои ценности по всему миру38. Подобное ошибочное отношение к «мягкой силе» и, следовательно, публичной дипломатии «перекочевало» и в современность.
38. Caute D. 2003. The Dancer Defects. The Struggle for Cultural Supremacy during the Cold War. Oxford University Press, p. 1-16.
40

Война образов и «чёрные списки»

 

«Заявления о том, что Россия не вмешивалась в наши выборы, являются фальшивыми новостями. Они вмешивались в наши выборы и собираются сделать это снова в 2018 г. [на промежуточных выборах в Конгресс. – П.К.]», – сказал сенатор-республиканец Линдси Грэхем39. Москва предлагает другую повестку, и её аргументация, как правило, состоит из трёх пунктов:

  • во-первых, США пытаются найти российский след в выборах 2016 г., так как переживают тяжелейший политический кризис и используют тему кремлевского вмешательства как «громоотвод»40;
  • во-вторых, Демократическая партия пытается найти оправдание своему провалу в президентской гонке41;
  • в-третьих, либерально-демократические силы демонизируют Россию и В. Путина, чтобы реализовать свою политическую повестку и продолжить «охоту» на Трампа42.
39. Birnbaum E. Graham: ‘Fake news’ to say Russia did not meddle in U.S. election // The Hill. 7.01.2018. URL: >>>> (accessed 24.10.2018).

40. Шаповалов В. Мнение: тему «российского вмешательства» в США используют как «громоотвод» // РИА-Новости, 19.02.2018. URL: https://ria.ru/radio_brief/20180219/1514892052.html (дата обращения 29.10.2018).

41. МИД РФ не получал уведомлений об иске Нацкомитета Демократической партии США по выборам // ТАСС, 21.04.2018. URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018).

42. Korobkov A. How buzz on Russia dossier undermines bilateral relations between Moscow and Washington. Rethinking Russia. 29.11.2017. URL: >>>> (accessed 29.10.2018).
41 Дискурс вокруг возможного вмешательства России в выборы США подтверждает тот факт, что Москва и Вашингтон активно ведут очередную имиджевую войну, которая сопровождается политическим противостоянием. Важно понимать, что первая полномасштабная информационная война между Россией и Западом началась примерно 115 лет тому назад, во время русско-японской войны. Тогда американские СМИ были на стороне Японии и демонизировали Россию, рисуя её агрессором, а Японию изображая жертвой43. Уже впоследствии информационное противостояние будет носить циклический характер, то есть Россия будет представлена на Западе либо как партнёр, либо как враг, в зависимости от политической конъюнктуры44. Но в большинстве случае война образов будет строиться на основе формирования упрощённой, чёрно-белой картины мира45.
43. Журавлева В.И. 2012. Понимание России в США: образы и мифы (1881–1914). М.: Издательствово РГГУ, 1136 c.

44. Foglesong D.S. 2007. The American Mission and the «Evil Empire»: The Crusade for a «Free Russia» Since 1881. Cambridge University Press, 364 p.

45. Дэвис Д., Трани Ю. 2009. Кривые зеркала. США и их отношения с Россией и Китаем в ХХ веке. М.: Вагриус, 912 с.
42 Сегодня ситуация примерно такая же: Россия изображается в западном дискурсе как опасный противник. При этом современная повестка не ограничивается расследованием российского влияния на американские выборы, а дополняется и новыми темами: «дело Скрипаля», предполагаемое российское вмешательство в европейские выборы. Важно понимать, что в информационной войне большую роль играет персонализация лидера России. По сути, образ страны нередко отождествляется с личностью президента Путина или Кремля, в западных журналистских или экспертных текстах эти слова используются как синонимы.
43 Интерес к внутриполитической и внешнеполитической деятельности российского президента на Западе остаётся по-прежнему высоким, но тексты о нём, как правило, резко негативны. Путин олицетворяет главную угрозу для западного мира; его считают самым циничным и влиятельным политиком в мире и приписывают ему такие «достижения», как мобилизация вокруг себя не только населения России, но и всех популистов мира; по мнению американских журналистов, он бросает серьёзный вызов американской и европейской демократиям46.
46. Editorial. Russia’s Meddling and Europe’s Elections // The New York Times. 19.12.2016. URL: >>>> style="text-decoration: underline;"> (accessed 25.10.2018).
44 На Западе во всех неприятных инцидентах пытаются найти «российский след». Например, газета «Нью-Йорк таймс» подозревает Кремль в применении «акустического оружия» в американском посольстве на Кубе в октябре 2017 года. В результате этой атаки у американских дипломатов возникли проблемы с нервной системой, и они покинули Остров Свободы47. Такие домыслы в принципе соответствуют сложившемуся в Америке образу России, ведь Москва, в западном понимании, хочет расколоть Америку, Европу, а на Кубе пытается поссорить Вашингтон и Гавану, дипломатические связи которых начали восстанавливаться в июле 2015 года.
47. Editorial. Cuba and the Mystery of the Sonic Weapon // The New York Times. 5.10.2017. URL: >>>> style="text-decoration: underline;"> (accessed 25.10.2018).
45 На этом фоне в западном дискурсе появляется метафора «троянский конь»: так называют либо европейских лидеров, которые публично выступают за сотрудничество с Путиным (например, Алексис Ципрас, Виктор Орбан)48, либо экспертов, призывающих к сотрудничеству с Россией. Так, в июне 2015 г. издание «Дейли бист» (The Daily Beast) опубликовало материал, в котором назвала Московский центр Карнеги «троянским конём» Кремля и проводником пророссийской повестки в США, поскольку директор центра Д. Тренин проявлял сбалансированность в своих оценках российской внешней политики на Украине49. Всё это вредит не только конструктивному диалогу, но и публичной дипломатии.
48. См.: Васильев В. Греция, «троянский конь» и «российская карта» // Голос Америки. 2.02.2015. URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018); Путин в Венгрии или Троянский конь Евросоюза // RFI, 17.02.2015. URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018); Добрынин В. Троянские кони Москвы: кто и как разрушает европейское единство // Известия, 2.09.2018. URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018).

49. Kirchick J. How a U.S. Think Tank Fell for Putin // Daily Beast. 27.07.2017. URL: >>>> (accessed 25.10.2018).
46 Неудивительно, что в российском экспертном и журналистском сообществах, в свою очередь, приобретает популярность тезис о растущей русофобии, «антироссийском консенсусе» и новом маккартизме в Америке50. При этом позитивная повестка в российско-американских отношениях («перезагрузка», студенческие обмены, стратегическое сотрудничество) исчезает или уходит на второй план. В проигрыше снова оказывается публичная дипломатия, что также проявляется в создании «чёрных списков» на Западе. Примерами таких списков можно считать перечень российских и зарубежных аналитических центров, упомянутых в докладе Катерины Смаглий. Западные журналисты тоже прибегают к подобной тактике: так, в ноябре 2016 г. газета «Вашингтон пост» опубликовала статью про сайт PropOrNot , который разместил чёрные списки англоязычных ресурсов, якобы распространявших «фальшивые новости» про США и стремившихся подорвать демократию на Западе. По мнению PropOrNot, российская пропаганда способствовала победе Д. Трампа и поражению кандидата от демократов Х. Клинтон во время выборов 2016 года.
50. См.: Рогов С. Эксперт: в Конгрессе США сформирован антироссийский двухпартийный консенсус // ТАСС, 29.06.2017. URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018); Неукропный А. Американская «охота на ведьм» – от маккартизма к «маккейнизму» // Planet Today, 17.08.2018 . URL: >>>> (дата обращения 29.10.2018).
47 В чёрный список попали не только ресурсы, которые Запад считает рупором кремлёвской пропаганды (RT, Sputnik), но и издания, выпускавшие профессиональную аналитику и содействовавшие публичной дипломатии. Таким считался сайт аналитического издания «Российской газеты» Russia Direct, руководство которого организовывало экспертные дискуссии по российско-американским отношениям в России и в США (закрыт в марте 2017 г.). Например, в октябре 2016 г. Russia Direct совместно с «Обществом по сохранению Форт-Росс» инициировал круглый стол по образовательным и культурным обменам в Стэнфорде51. Несмотря на то что в декабре 2016 г. сайт Russia Direct исключили и чёрного списка PropOrNot52, проблема «стереотипизации» публичной дипломатии сохраняется и поныне, о чём свидетельствует и доклад Смаглий.
51. Кошкин П.Г. Территория доверия // Российская газета, 19.12.2016. URL: >>>> (дата обращения 24.10.2018).

52. Filipov D. Russian editor says, ‘Don’t call me Kremlin propaganda’ // The Washington Post. 9.12.2016. URL: >>>> (accessed 25.10.2018).
48 Таким образом, противодействие фальшивым новостям превращается в инструмент в войне образов и органически встраивается в российско-американский дискурс. Журналисты называют это явление «пропагандой о пропаганде»53. Данный речевой оборот ёмко характеризует сложившую ситуацию, в которой постправда становится неотъемлемой частью современного информационного пространства.
53. Chen A. The Propaganda About Russian Propaganda // The New Yorker, 1.12.2016. URL: >>>> (accessed 25.10.2018).
49 Прорывы в цифровых технологиях усугубляют проблему имиджевых войн, когда в российско-американском дискурсе активно продвигается повестка кибербезопасности, что усиливает взаимное недоверие России и Запада. Ведь очередная волна российско-американского противостояния началась после того, как Демократическая партия США обвинила Россию в хакерских атаках на её серверы и в создании условий для «утечки» личной переписки Х. Клинтон с её советником Дж. Подестой. После победы Трампа американские либералы активно тиражировали тему «российского следа» в американских социальных сетях, что в итоге завершилось скандалом вокруг (Facebook) и британской консалтинговой компании Cambridge Analytica, которая работала на предвыборный штаб Д. Трампа. Весной 2018 г. руководство Facebook созналось в том, что «сливало» сотрудникам этой компании личную информацию 87 млн своих пользователей, что было использовано для политической рекламы во время предвыборной кампании Д. Трампа. 54, а также вокруг деятельности российского «Агентства Интернет-исследований» – так называемой «фабрики троллей» в Санкт–Петербурге. Предположительно эта организация создавала фальшивые профили в американских социальных сетях Twitter и Facebook, проводила масштабные рекламные кампании, чтобы изменить общественное мнение в США в пользу Д. Трампа и против Х. Клинтон во время президентской гонки 2016 года55. И снова был нанесён удар по публичной дипломатии и «мягкой силе»: образ России был подорван, а руководство Facebook ужесточило правила рекламной деятельности и авторизации в сети. Отныне все публикации на политическую тематику и сообщения о проведении конференций российских и других зарубежных «мозговых центров» теоретически могут маркироваться как «политическая реклама», если в них упоминаются имена политиков или политические институты56.
54. Подробнее см.: Facebook Exposed 87 Million Users to Cambridge Analytica. WIRE, April 4, 2018. URL: >>>> (accessed: 19.11.2018).

55. Русяева П., Захаров А. Расследование РБК: как «фабрика троллей» поработала на выборах США // РБК, 17.10.2016. URL: >>>> (дата обращения 25.10.2018).

56. Ads Related to Politics or Issues of National Importance. Facebook’s website. URL: >>>> (accessed: 20.11.2018).
50

Выводы и заключение

 

Основные проблемы публичной дипломатии в эпоху постправды и цифрового бума – это кризис доверия между Россией и Западом, доминирование стереотипов и война образов. По своему масштабу и характеру названные вызовы равнозначны, при этом они взаимосвязаны, один происходит из другого, и оказывают обоюдное влияние. Современные технологии, переизбыток информации в Интернете осложняют эти проблемы, делая их практически неразрешимыми. В ситуации противостояния Москвы и Вашингтона можно только попытаться их ослабить, поэтому необходимо делать упор на выявлении причин кризиса в российско-американских отношениях.

51 Как показывает проведённый нами анализ, истоки кризиса доверия между Москвой и Вашингтоном лежат не только в разной интерпретации внешнеполитических и внутриполитических событий, но также и в уязвимости публичной дипломатии перед текущей политической повесткой дня как в России, так и на Западе. Получается, что вместо того, чтобы нормализовать отношения Москвы с Вашингтоном, Киевом и Брюсселем, публичная дипломатия становится одной из причин роста недоверия и источником напряжения.
52 Кризис доверия, в свою очередь, провоцирует возникновение и укрепление негативных стереотипов о публичной дипломатии. Её ошибочно приравнивают к скрытой пропаганде, что в корне дискредитирует саму суть этого явления и, соответственно, усугубляет проблему. Вместе с тем, доминирование стереотипов подпитывает среду, в которой зарождаются очаги информационного противоборства, и создаёт условия для формирования образа врага и в худшем случае может спровоцировать новый идеологический разрыв между Москвой и Вашингтоном. Так формируется порочный круг недоверия, в котором одна проблема становится причиной другой.
53 Чтобы ослабить уровень взаимной враждебности, Россия и США должны разработать меры по укреплению доверия или новые правила игры. Для этого необходимо предпринять следующие шаги:
54 Во-первых, следует переосмыслить цели многостороннего сотрудничества России и США / Запада, вести диалог не только во имя защиты национальных интересов, но преимущественно ради общего блага. Для этого с обеих сторон надо проявить политическую волю, прийти к компромиссу и, по возможности, признать свои ошибки.
55 Во-вторых, Москве и Вашингтону следует отказаться от агрессивной пропаганды, а также избегать взаимных обвинений и навешивания ярлыков, чтобы не подпитывать стереотипы. Пропаганда не содействует доверию, а только провоцирует враждебность и мнительность. Альтернативной может стать практика эффективного диалога, когда стороны не только слушают, но слышат и понимают друг друга. Это способствует политической эмпатии.
56 В-третьих, чтобы не втягиваться в новое информационное противоборство или ослабить его, Кремль и Белый дом должны видеть разницу между пропагандой и публичной дипломатией. Цель первой – ввести в заблуждение, упростить, навязать определённую повестку; цель второй – информировать, разъяснять, просвещать, открыто обсуждать текущие проблемы и разногласия, убеждать и формировать взаимное доверие. Публичная дипломатия опирается на факты и достоверную информацию, а пропаганда потворствует лжи и мифам.

Библиография

1. См.: Chankseliani M. How Russia is using international students as a weapon in the new Cold War // The Conversation. 6.06.2018. URL: https://theconversation.com/how-russia-is-using-international-students-as-a-weapon-in-the-new-cold-war-95450 (accessed: 24.10.2018); Zaharna R. From Propaganda to Public Diplomacy In the Informational Age. American University. URL: https://www.researchgate.net/publication/266219282_From_Propaganda_to_Public_Diplomacy_In_the_Information_Age (accessed 24.10.2018).

2. Wodak R., Meyer M. 2002. Methods of Critical Discourse Analysis, SAGE Publications Ltd., 200 p.

3. Grawitz M. 1984. Methode des Sciences Sociales, Dalloz, 1074 p., p. 495-663.

4. Wang A.B. ‘Post-truth’ named 2016 word of the year by Oxford Dictionaries // The Washington Post. 16.11.2016. URL: https://www.washingtonpost.com/news/the-fix/wp/2016/11/16/post-truth-named-2016-word-of-the-year-by-oxford-dictionaries/ (accessed 26.10.2018).

5. Post-truth // English Oxford Living Dictionaries. URL: https://en.oxforddictionaries.com/definition/post-truth (accessed 24.10.2018).

6. Mclntyre L. 2018. Post-Truth / The MIT Press Essential Knowledge series. MIT Press, 236 p.

7. Решение Общественной коллегии по жалобам на прессу по поводу жалобы на «Вести недели» из-за освещения митингов в Киеве. URL: http://presscouncil.ru/index.php/praktika/rassmotrennye-zhaloby/3007-zhaloba-na-vesti-nedeli-s-dmitriem-kisilevym-iz-za-osveshcheniya-evromajdana?showall=&start=9 (дата обращения 19.10.2018).

8. Garnett S. Disinformation and Democracy. Eurozine. URL: https://www.eurozine.com/focal-points/disinformation-and-democracy/?subpage=description (accessed 26.10.2018).

9. Сунь Цзы. 2017. Искусство войны. М.: ЭКСМО, 448 с.

10. Зыгарь М. В. 2018. Империя должна умереть. История русских революций в лицах. 1900–1917. М.: Альпина паблишер, с. 576–578.

11. Beckerman C. How Soviet Dissidents Ended 70 Years of Fake News // The New York Times. 10.04.2017. URL: https://www.nytimes.com/2017/04/10/opinion/how-soviet-dissidents-ended-70-years-of-fake-news.html (accessed 19.10.2018).

12. Лебедева М.М. 2017. «Мягкая сила»: понятие и подходы. Вестник МГИМО–Университета, 3 (54), с. 212–223.

13. Nye J. 2005. Soft Power: The Means of Success in World Politics. N.Y.: Public Affairs: 300 p.

14. Кубышкин А.И., Цветкова Н.А. 2013. Публичная дипломатия США. М.: Аспект–Пресс, с. 50–54.

15. Долинский А.В. 2011. Эволюция теоретических оснований публичной дипломатии // Вестник МГИМО–Университета, №2 (16), с. 275–280.

16. Legvold R. 2016. Return to Cold War. Cambridge, Polity, 208 p

17. Tsygankov A. Russia Has an inferiority complex, America has a superiority complex // Russia Direct / Russia in Global Affairs. 6.08.2014. URL: http://eng.globalaffairs.ru/book/Russia-has-an-inferiority-complex-America-has-a-superiority-complex-16859 (acceded 29.10.2018).

18. Smagliy K. 2018. Hybrid Analytica: Pro-Kremlin Expert Propaganda in Moscow, Europe and the U.S. A Case Study of Think Tanks and Universities // Institute of Modern Russia. October, 54 p.

19. Путин обвиняет США в провоцировании протестов // BBC. 8.12.2011. URL: https://www.bbc.com/russian/russia/2011/12/111208_putin_opposition_protests (дата обращения 23.10.2018).

20. Брук Дж. USAID уходит из России // Голос Америки. 19.09.2012. URL: https://www.golos-ameriki.ru/a/russia-moscow-asks-washington-to-end-usaid-programs-in-russia/1510689.html (дата обращения 23.10.2018).

21. Тропкина О. Агентство USAID уходит из России // Известия. 2.08.2012. URL: https://iz.ru/news/531846 (дата обращения 23.10.2018).

22. Подробнее см.: Кошкин П.Г. Второе дыхание: сможет ли «российское досье» возродить программы русистики в США // Российский совет по международным делам. 1.11.2017. URL: http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/vtoroe-dykhanie-smozhet-li-rossiyskoe-dose-vozrodit-programmy-rusistiki-v-ssha/ (дата обращения 23.10.2018).

23. Мареева Е., Черненко Е., Соколовская Я. Российского журналиста Евгения Примакова задержали в Киеве // Коммерсант, 26.06.2018. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3669000 (дата обращения 23.10.2018).

24. Маетная Е. «Угроза безопасности России». Как польского политолога не впустили в Москву // Радио Свобода. 31.05.2018. URL: https://www.svoboda.org/a/29259125.html (дата обращения 23.10.2018)

25. Жуковский И. МИД Польши потребовал объяснить недопуск Дембского // Газета.ru. 29.05.2018 г. URL: https://www.gazeta.ru/politics/2018/05/29_a_11772655.shtml (дата обращения 24.10.2018).

26. Барышева Е. Деятели культуры: Закрытие Британского совета – шаг к культурной изоляции // Deutsche Welle. 17.03.2018. URL: https://p.dw.com/p/2uWet (дата обращения 24.10.2018).

27. Кошкин П. Вынужденное сокращение Штатов // РБК, 30.08.2017. URL: https://www.rbc.ru/newspaper/2017/08/31/59a3f26f9a79471dc1499b5b (дата обращения 24.10.2018).

28. Russia Vows Retaliation for U.K.’s Expulsion of Diplomats Over Poisoning Scandal // The Moscow Times. 14.03.2018. URL: https://themoscowtimes.com/news/russia-vows-retaliation-for-uks-expulsion-of-diplomats-over-poisoning-scandal-60807 (accessed 24.10.2018).

29. Подробнее см.: Барышева Е. Op. Cit.; Байдакова А. Американский центр без американцев // Новая Газета, 17.09.2015. URL: https://www.novayagazeta.ru/articles/2015/09/17/65645-amerikanskiy-tsentr-bez-amerikantsev (дата обращения 23.10.2018); Kinnock S. Russia Is Using the British Council As a Political Tool (Op-Ed) // The Moscow Times, 22.03.2018. URL: https://themoscowtimes.com/articles/russia-is-using-the-british-council-as-a-political-tool-op-ed-60913 (accessed 23.10.2018); MacFarquhar N., Gordon M. Russia Cancels Exchange Program After a Student Seeks U.S. Asylum // The New York Times. 4.10.2014. URL: https://www.nytimes.com/2014/10/05/world/europe/russia-cancels-exchange-program-after-a-student-seeks-us-asylum.html (accessed 24.10.2018).

30. Koshkin P. Five Challenges for Modern Public Diplomacy and How to Tackle Them // Russian International Affairs Council. URL: http://russiancouncil.ru/en/analytics-and-comments/analytics/five-challenges-for-modern-public-diplomacy-and-how-to-tackle-them/ (accessed 24.10.2018).

31. Zaharna R. Op. cit.

32. S.3336: Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018 (DASKAA), 115th Congress (2017-2018). URL: https://www.congress.gov/bill/115th-congress/senate-bill/3336/text (accessed 24.10.2018).

33. Wilkie Ch. How a Russian oligarch linked to Trump lawyer Michael Cohen turned a California state park into a mini Moscow // CNBC, 17.05.2018. URL: https://www.cnbc.com/2018/05/17/russian-oligarch-viktor-vekselberg-chairs-nonprofit-backed-by-us-firms-politicians.html (accessed 24.10.2018).

34. Smagliy K. 2018. Op. cit., p. 1.

35. Chankseliani M. Op. cit. (accessed: 24.10.2018).

36. Wacky study alleges conspiracy theory linking Moscow to DC think tanks // Spectator/U.S. 11.10.2018. URL: https://spectator.us/moscow-dc-think-tanks/ (accessed 24.10.2018); Koshkin P. Five Challenges, Op. cit.

37. Кашеварова А. Список «нежелательных организаций» расширят до 20 // Известия. 9.07.2015. URL: https://iz.ru/news/588570 (дата обращения 24.10.2018).

38. Caute D. 2003. The Dancer Defects. The Struggle for Cultural Supremacy during the Cold War. Oxford University Press, p. 1-16.

39. Birnbaum E. Graham: ‘Fake news’ to say Russia did not meddle in U.S. election // The Hill. 7.01.2018. URL: https://thehill.com/homenews/sunday-talk-shows/395068-graham-fake-news-to-say-russia-did-not-meddle-in-us-election (accessed 24.10.2018).

40. Шаповалов В. Мнение: тему «российского вмешательства» в США используют как «громоотвод» // РИА-Новости, 19.02.2018. URL: https://ria.ru/radio_brief/20180219/1514892052.html (дата обращения 29.10.2018).

41. МИД РФ не получал уведомлений об иске Нацкомитета Демократической партии США по выборам // ТАСС, 21.04.2018. URL: https://tass.ru/politika/5147833 (дата обращения 29.10.2018).

42. Korobkov A. How buzz on Russia dossier undermines bilateral relations between Moscow and Washington. Rethinking Russia. 29.11.2017. URL: http://rethinkingrussia.ru/en/2017/11/how-buzz-on-russia-dossier-undermines-bilateral-relations-between-moscow-and-washington/ (accessed 29.10.2018).

43. Журавлева В.И. 2012. Понимание России в США: образы и мифы (1881–1914). М.: Издательствово РГГУ, 1136 c.

44. Foglesong D.S. 2007. The American Mission and the «Evil Empire»: The Crusade for a «Free Russia» Since 1881. Cambridge University Press, 364 p.

45. Дэвис Д., Трани Ю. 2009. Кривые зеркала. США и их отношения с Россией и Китаем в ХХ веке. М.: Вагриус, 912 с.

46. Editorial. Russia’s Meddling and Europe’s Elections // The New York Times. 19.12.2016. URL: https://www.nytimes.com/2016/12/19/opinion/russian-meddling-and-europes-elections.html (accessed 25.10.2018).

47. Editorial. Cuba and the Mystery of the Sonic Weapon // The New York Times. 5.10.2017. URL: https://www.nytimes.com/2017/10/05/opinion/cuba-sonic-attacks.html (accessed 25.10.2018).

48. См.: Васильев В. Греция, «троянский конь» и «российская карта» // Голос Америки. 2.02.2015. URL: https://www.golos-ameriki.ru/a/vv-greece/2624749.html (дата обращения 29.10.2018); Путин в Венгрии или Троянский конь Евросоюза // RFI, 17.02.2015. URL: http://ru.rfi.fr/evropa/20150217-putin-v-vengrii-ili-troyanskii-kon-evrosoyuza/ (дата обращения 29.10.2018); Добрынин В. Троянские кони Москвы: кто и как разрушает европейское единство // Известия, 2.09.2018. URL: https://iz.ru/783660/vladimir-dobrynin/troianskie-koni-moskvy-kto-i-kak-razrushaet-evropeiskoe-edinstvo (дата обращения 29.10.2018).

49. Kirchick J. How a U.S. Think Tank Fell for Putin // Daily Beast. 27.07.2017. URL: https://www.thedailybeast.com/how-a-us-think-tank-fell-for-putin (accessed 25.10.2018).

50. См.: Рогов С. Эксперт: в Конгрессе США сформирован антироссийский двухпартийный консенсус // ТАСС, 29.06.2017. URL: https://tass.ru/politika/4374229 (дата обращения 29.10.2018); Неукропный А. Американская «охота на ведьм» – от маккартизма к «маккейнизму» // Planet Today, 17.08.2018 . URL: http://planet-today.ru/geopolitika/item/91206-amerikanskaya-okhota-na-vedm-ot-makkartizma-k-makkejnizmu (дата обращения 29.10.2018).

51. Кошкин П.Г. Территория доверия // Российская газета, 19.12.2016. URL: https://rg.ru/2016/12/19/chto-obsuzhdaiut-na-rossijsko-amerikanskom-forume-dialog-fort-ross.html (дата обращения 24.10.2018).

52. Filipov D. Russian editor says, ‘Don’t call me Kremlin propaganda’ // The Washington Post. 9.12.2016. URL: https://www.washingtonpost.com/world/europe/russian-editor-saysdont-call-me-kremlin-propaganda/2016/12/08/48c73b2e-bafc-11e6-ae79-bec72d34f8c9_story.html (accessed 25.10.2018).

53. Chen A. The Propaganda About Russian Propaganda // The New Yorker, 1.12.2016. URL: https://www.newyorker.com/news/news-desk/the-propaganda-about-russian-propaganda (accessed 25.10.2018).

54. Подробнее см.: Facebook Exposed 87 Million Users to Cambridge Analytica. WIRE, April 4, 2018. URL: https://www.wired.com/story/facebook-exposed-87-million-users-to-cambridge-analytica/ (accessed: 19.11.2018).

55. Русяева П., Захаров А. Расследование РБК: как «фабрика троллей» поработала на выборах США // РБК, 17.10.2016. URL: https://www.rbc.ru/magazine/2017/11/59e0c17d9a79470e05a9e6c1 (дата обращения 25.10.2018).

56. Ads Related to Politics or Issues of National Importance. Facebook’s website. URL: https://www.facebook.com/business/help/1838453822893854 (accessed: 20.11.2018).